Темные не признаются в любви

Она двигалась! Медленно, натужно, сантиметр за сантиметром, но двигалась!

— Это то, о чем я думаю? — прошептал Аллар, и глаза его заблестели, как будто мы нашли вход к несметным сокровищам.

Впрочем, для искателей приключений так оно и было.

— Если ты о тайном ходе, ведущем в катакомбы под университетом, то да, похоже.

Как завороженный, парень шагнул к открывающемуся проему в стене, в котором начиналась непроглядная тьма.

— Стоять! — рявкнула я. — Хочешь вылететь из КУМа?

Племянника магистра Рутха не отчислят, но чем-то пугать нужно?

Не одно поколение адептов искало затерянную библиотеку и хранилище древних артефактов, которые переместили в катакомбы три сотни лет назад. Тогда только началось охлаждение отношений с Давелией, назревала война, и ректор решил перестраховаться — спрятал самое ценное имущество университета. Помощникам с их согласия он стер память, став единственным хранителем координат. А затем взял — и умер! Говорят, что ему помогли уйти на ту сторону. Однако сердечные приступы случаются и у великих магов в расцвете сил. Что случилось в действительности, сейчас не узнать, факт, что бесценные книги и артефакты пропали навсегда.

Их искали годами: преподаватели, студенты и приглашенные маги, пока однажды в катакомбах не сгинула группа из восьми адептов и трех магистров. Отправленный по горячим следам отряд боевиков обнаружил полосу древних ловушек, в которые и угодили беспечные искатели. Несколько тел так и не смогли извлечь на поверхность — ради мертвых решили не рисковать живыми.

Тогдашний ректор под давлением короля издал наказ: дальнейшие поиски библиотеки и хранилища артефактов прекратить, ходы в катакомбы замуровать, тех, кто попытается нарушить запрет, исключить или уволить из университета.

Периодически тайные проходы обнаруживали, но обычно благоразумно сообщали руководству.

— Так, ты ищешь наших магистров, а я стерегу ход, чтобы кто-то на него случайно не набрел.

Аллар побагровел от возмущения:

— Обнаглела, Кимстар?! Почему я ищу магистров, а ты остаешься?

Потому что дурак и полезешь прямо в смертельную западню. Мне очень хотелось ответить так, чудом сдержалась.

— Я не такая смелая, как ты, и не сунусь в катакомбы, — ответила, старательно на него не глядя. — И вообще, это я повернула лампу энергошаром.

— Ты ее сломала, — злорадно уточнил парень.

Он вмиг успокоился, когда услышал о моей предполагаемой трусости.

— Сломала, не спорю. Думаю, ректор меня простит, еще и премию выпишет.

Денежные поощрения за информацию о ходах в самом деле выдавали за внимательность и честность, но в последний раз это случилось лет двадцать назад.

— Может, я останусь, а дяде отправлю «вестника»? — предложил Аллар.