Любовное письмо

По мере возможности я навещала Грейс. Она то кричала, то что-то бессвязно бормотала, спрашивала про Джеймса, постоянно умоляла меня забрать ее домой. В глубине души мы с мужем надеялись, что ее здоровье пошатнется – ради ее же блага, поскольку подобное существование трудно назвать жизнью, – но Грейс всегда была крепкой женщиной, во всяком случае физически.

– Все эти годы она жила в швейцарской лечебнице?

– Да. И, признаюсь, со временем я стала навещать ее все реже, поскольку мои усилия казались тщетными. Я только всякий раз ужасно расстраивалась. Но как-то утром, семь лет назад, мне прислали письмо, в котором один из врачей лечебницы просил о встрече. Когда я приехала, доктор сообщил, что Грейс стало лучше. Полагаю, наука не стояла на месте, поэтому им удалось найти лекарство, стабилизировавшее ее состояние. Врач предположил, что она достаточно здорова, чтобы покинуть лечебницу и жить во внешнем мире. Сперва я скептически отнеслась к его словам, но, пообщавшись с Грейс, полностью избавилась от сомнений. Она вполне разумно рассуждала о прошлом и о том, что тогда произошло. И умоляла помочь ей хоть на закате лет насладиться неким подобием нормальной жизни. – Роза изящно пожала плечами. – Что мне оставалось? Мой любимый муж уже несколько месяцев покоился в могиле, и я торчала в огромном особняке в полном одиночестве. Поэтому я решила купить дом поменьше и взять Грейс к себе. Мы договорились с врачом, что в случае любых ухудшений она тут же вернется в больницу.

– Как же, проведя столько лет взаперти, она освоилась во внешнем мире? – пробормотала Джоанна скорее самой себе, чем в ответ Розе.

– Ей все доставляло несказанное удовольствие. Грейс радовала даже простая возможность самой решать, что и когда есть на завтрак. Ведь, благослови ее Господь, много лет спустя она наконец-то обрела свободу.

– Да, – улыбнулась Джоанна.

– Итак, мы, две пожилые женщины, стали жить вместе, радуясь обществу друг друга. Совместное прошлое связывало нас крепкими узами. Но примерно с год назад у Грейс начался кашель, который никак не проходил. Лишь через несколько месяцев я смогла убедить ее пойти к врачу – можете себе представить, как она боялась к ним даже приближаться. Анализы выявили у нее рак легких. Врач, конечно, хотел положить ее в больницу и сделать операцию, но, думаю, вы догадываетесь, как Грейс отреагировала на это предложение. Она наотрез отказалась. И это – самая трагическая часть во всей истории. После стольких лет взаперти Грейс обрела в конце концов немного счастья и покоя, а потом узнала, что жить ей осталось всего год… – Роза нащупала носовой платок и вытерла глаза. – Простите, моя дорогая. Воспоминания еще очень свежи. Мне ужасно ее не хватает.

– Могу себе представить, – проговорила Джоанна.