Любовное письмо

Поправила волосы, довольно неумело зачесанные наверх, и вновь немного подкрасила губы.

Стоило признать, что затея была смехотворная. Даже если Грейс Харрисон все еще жила на этом свете – что маловероятно, – шансы на то, что она увидит объявление или откликнется на него, почти равнялись нулю.

Джоанна вдруг заметила, что уже не одна. Позади нее стояла женщина и смотрелась в зеркало. Безупречно уложенные седые волосы незнакомки обрамляли тщательно накрашенное лицо, на котором, несмотря на возраст, все еще угадывались благородные черты.

– Говорят, однажды в «Уолдорфе» останавливался рыцарь, – проговорила женщина.

Медленно обернувшись, Джоанна посмотрела в поблекшие зеленые глаза, в которых светился ум, и кивнула.

– И с ним его леди в белом.

Вдвоем они поднялись на несколько лестничных пролетов и по устланному толстым ковром коридору дошли до номера незнакомки. Женщина протянула ей ключ. Джоанна отперла дверь и вслед за леди вошла внутрь. Та тут же заперлась изнутри и, подойдя к окну, из которого открывался вид на оживленную лондонскую улицу, заполненную туристами и театралами, задернула шторы.

– Пожалуйста, садитесь, – предложила женщина.

– Спасибо… Э-э… я могу называть вас Грейс?

– Конечно, можете, моя дорогая, если вам так хочется, – коротко усмехнулась женщина и опустилась в одно из удобных кресел в богато украшенной гостиной.

Джоанна села напротив нее:

– Но вы ведь Грейс Харрисон, урожденная Уайт? Жена сэра Джеймса Харрисона, умершая во Франции более шестидесяти лет назад?

Пожилая женщина улыбнулась:

– Если мы хотим подружиться, а я в этом не сомневаюсь, зовите меня просто Розой.

Вернувшись с Зои в Лондон, Саймон сразу поднялся наверх в свою спальню и закрыл дверь. Он обнаружил на мобильном четыре пропущенных вызова и набрал номер начальника.

– Я разговаривал с редактором газеты, где работает Хаслам, – бросил Дженкинс. – Кажется, пропала не только она, но и редактор отдела новостей, некий Алек О’Фаррелл. Он сообщил своему начальнику, что наткнулся на нечто важное, и попросил пару дней, чтобы с этим разобраться. Они нас переиграли, Уорбертон. – В его голосе слышалась едва скрываемая паника. – В данный момент я привлекаю к этому делу всех доступных людей, – продолжил Дженкинс. – Если мы отыщем О’Фаррелла, то вытащим из него, куда делась Хаслам.

– Но ведь они не смогут обнародовать ту историю, сэр? Вы этого не допустите?

– Уорбертон, есть два или три редактора-бунтаря, которые с радостью ухватятся за подобную возможность, не говоря уже об иностранных изданиях. Бога ради, ведь это сенсация века!

– Что прикажете делать, сэр?

– Спросите у мисс Харрисон, не знает ли она что-нибудь о Хаслам. Они виделись на церемонии открытия памятного фонда, а после вместе пошли выпить в бар.