Любовница. По осколкам чувств (СИ)

Спустя вечность сильные руки Данилы стискивают меня ещё крепче, и я, тихо пискнув, трусь щекой о его щетину.

— Я не могу поверить, что ты здесь, — я отчётливо слышу, как дрожит его голос.

— Здесь, — чуть отстраняюсь от него, но только чтобы соприкоснуться лбами.

— Но если я всё же спятил и у меня начались галлюцинации, то знай — меня не надо лечить.

Улыбаюсь и прижимаю ладошку к его щеке, он тут же чуть поворачивает голову и касается губами подушечек моих пальцев. Вздыхает глубоко. И почти стонет от того, как нас коротит от этих волшебных прикосновений друг к другу.

— Прости меня, Лера. Прости… мне так стыдно, за себя. Стыдно, что я так поступал с тобой!

— Дань, я простила, — пробегаюсь пальчиками по бровям вразлёт и его ресницам.

— Клянусь, я был тебе верен.

— Я никого, кроме тебя, не видел.

— Я мудак и эгоист. И да, я спилил твой дом. Но, блин, Лера, не мог я без тебя больше жить. У меня тогда конкретно фляга свистела, и я реально на людей уже кидаться начал. Я запаниковал, думая, что теряю тебя. Я не оправдываюсь, просто хочу, чтобы ты знала, насколько свернула мои мозги.

— Маньячина, — с лёгкой грустью улыбаюсь я.

— О, да! И если бы не этот долбанный брак, то…

— То ты до сих пор бы остался самовлюблённой задницей.

Смеётся. И я вместе с ним.

— Теперь я просто влюблённая задница. Влюблённая в тебя, Лера, — чуть ближе подаётся к губам, и они начинают полыхать от желания, чтобы он их коснулся.

Но Данил не спешит с этим. И мы дышим одним на двоих воздухом и искрим. Ярко!

— И за тот наш разговор прости, я…

— Всё, Дань, — тут же запечатываю я ему рот, — хватит. Ладно? Я хочу прошлое оставить в прошлом. Я хочу забыть всё, как страшный сон и помнить только то хорошее, что было между нами. Потому что это и есть самое важное. Что же до остального? Ну, значит, таков был наш путь к счастью — тернистый, с болью в сердце и со слезами на глазах. Но мы должны были его пройти, чтобы оказаться вместе здесь и сейчас.

Почти вплотную прижимается к моим губам, и мы оба начинаем вибрировать, словно высоковольтные провода. От нетерпения. От страсти. От голода.

— Господи! Ты лучшая девушка на свете, Лера. И я до сих пор не знаю за что мне так фортануло, что я встретил тебя, но… чёрт возьми, я люблю тебя!

— Шахов, — смещаю я ладонь со щеки на его затылок. Чуть сжимаю и пытаюсь потянуть его на себя, но он только ласково прикусывает мою нижнюю губу и улыбается.

— Ты собираешься уже меня целовать сегодня или нет? — тихо рычу я и выгибаюсь, буквально напарываясь на его очевидное желание.

— Лер, я не смогу всего лишь поцеловать тебя, — чуть подаётся ко мне и тихо шипит, — я же тебя просто сожру.

— Боже, — наши ноги переплетаются, и мы сладко стыкуемся в самых правильных местах., — хорошо, я согласна. Сожри!

— Рано.