Любовница. По осколкам чувств (СИ)

— Скажешь тоже, — фыркнула, хотя, чего греха таить, было приятно слышать похвалу от любимого мужчины.

— Скажу. И да, с меня подарок, но чуть позже. Когда вернёмся, — щёлкнул по носу, а затем чмокнул меня туда же.

— Как знаешь, — кивнула я и положила голову на его широкую, мерно вздымающуюся грудь, за которой слышалось биение сильного сердца. Да так и замерла, наслаждаясь близостью с любимым мужчиной, пока, спустя какое-то время не услышала его тихий смех.

— Что? — встрепенулась я.

— Я поражён, — хмыкает Данил и в удивлении поджимает губы.

— Ты не мучаешь меня вопросами, куда я всё-таки везу тебя? Другая на твоём месте уже бы сделала мне трепанацию мозгов, а ты держишься.

— А смысл тебя пытать? Всё равно же ничего не скажешь? — развожу руками.

— Не скажу, — шепчет он мне в губы, — но обещаю, что тебе там обязательно понравится.

— Я тебе верю, — киваю и счастливо выдыхаю, растворяясь в своём абсолютном женском счастье и не замечая, как машина доставляет нас до здания аэропорта.

— Приехали, шеф, — произносит незнакомый мне водитель и мы покидаем салон, дожидаясь, пока наш немногочисленный багаж выгрузят на тележки.

Даня откровенно рассматривает меня, прикусив нижнюю губу, а затем по-мальчишески мне подмигивает и дурашливо выдаёт:

— Хэй, чика, познакомимся?

— Не-а, у меня ващета парень есть, — накручиваю локон на указательный палец и стараюсь не ржать в голос.

— Всего лишь парень? — морщит нос и театрально впадает в ужас.

— Ага, — вытягиваю губы трубочкой, но тут же срываюсь в смешок.

— Очень приятно, будем знакомы, — откровенно покатываюсь я, видя его кривляния, и добавляю, — а вы кем будете, мужчина?

— А я твой лев-тигр, — припоминает он свое, услышанное совсем недавно от бабулек, прозвище.

Смеюсь, кивая, и только собираюсь подыграть ему, выдавая новую порцию дурацких фраз, но тут же тушуюсь, когда слышу женский голос.

Метаморфоза, которая произошла с лицом Шахова, поразила меня до глубины души. Вот только он весело шутил и гримасничал, но уже через секунду превратился в надменного и абсолютно равнодушного ко всему человека.

— Ну, здравствуй, — переводит он глаза полные холода на ухоженную брюнетку неопределённого возраста. Бегло её рассматриваю — холёная, одета с иголочки, на ногах головокружительные шпильки, на руках слишком много колец и это несмотря на то, что уши и декольте тоже кичливо увешаны золотом и брильянтами. Очевидный моветон, но у богатых ведь свои причуды.

— Ну, привет, — делает женщина шаг ближе и так пристально рассматривает Шахова, что мне почему-то хочется её оттолкнуть, — давно не виделись. Короткая стрижка идёт тебе, но щетина всё портит. Зарос как бомж.

— Миленько.