Любовник леди Софии

Поскольку Росс был человеком в высшей степени хладнокровным и рассудительным, он должен был понимать, что вероятность повторения трагедии чрезвычайно мала. Но он мало чем отличался от других мужчин, и его эмоции порой брали верх над здравым смыслом. Наверное, кто-то посторонний отказался бы поверить, что в этом отношении главный судья подвержен тем же слабостям, что и любой простой смертный, что у него есть свои страхи и страх потерять жену — самый сильный из них.

София прошла через кухню и вышла во внутренний двор. Росс стоял к ней спиной. Услышав ее шаги, он весь напрягся. Он уже оставил попытки закурить сигару и просто стоял, держа руки в карманах и понурив голову.

— Неужели не понятно, что я хочу побыть один? — негромко прорычал он, когда София подошла ближе.

Однако она не послушалась и остановилась лишь тогда, когда, подойдя к нему вплотную, обхватила его руками. Нет, Россу ничего не стоило высвободиться из этих объятий, однако он, словно каменный, просто застыл на месте. Софии казалось, что ее сердце вот-вот разорвется от жалости к мужу — она чувствовала, как его бьет дрожь. В эти минуты он напоминал ей матерого волка, угодившего в капкан.

— Росс, — нежно произнесла она, — все будет хорошо.

Ома прижалась щекой к его спине и еще сильнее сжала его стройную талию, тем временем судорожно пытаясь найти для него слова утешения.

— Не волнуйся, я ведь не такая хрупкая, как Элинор. На этот раз ничего страшного не произойдет. Поверь мне.

— Ты права, — тотчас согласился Росс. — Причин для беспокойства нет.

Но дрожь не оставляла его, дыхание было частым и прерывистым.

— Скажи, о чем ты задумался? — попросила его София. — Только честно, не надо говорить мне то, что, как тебе кажется, я хочу услышать.

Росс ответил не сразу. София решила, что так и не дождется его ответа. Однако в конце концов он заговорил, взволнованно и отрывисто:

— Я знал, что рано или поздно это произойдет… я морально готовился… и разумом я понимаю, что мне нечего опасаться. Более того, я хочу этого ребенка. Я хочу, чтобы у нас с тобой была наконец настоящая семья. Но сколько бы я себя ни убеждал, я постоянно мысленно возвращаюсь в прошлое. Боже, ты не представляешь, что я тогда пережил…

Голос изменил ему, и он умолк. София все поняла — темные воспоминания прошлого нахлынули на него быстрее, чем он успел оградить от них свою душу.

— Росс, — требовательно произнесла она, — немедленно посмотри на меня. Прошу тебя.

Он повиновался, явно не ожидая от нее такой настойчивости. София тотчас бросилась ему на шею, прижимаясь к нему всем телом. Он тоже обнял ее, обнял крепко и сильно, словно она была его последним спасением.

София погладила мужа по спине и легонько поцеловала в ухо. Его пальцы ерошили ей волосы, мяли на ней одежду.