Любовник леди Софии

София была уверена, что Росс задержится на работе, но он, несмотря ни на что, точно в

назначенное время усадил ее в карету. София забросала мужа вопросами, но тот упорно хранил молчание и не поддавался ни на какие уговоры, ни словом не обмолвившись о том, куда они едут и что их там ждет. Карета катила в западном направлении от Боу-стрит. София приподняла занавеску и выглянула из окошка. Ее взору предстали шикарные дома и такие же шикарные магазины, в которых продавалась всякая роскошь, — галантерейные, ювелирные, парфюмерные и даже один совершенно невероятный, с интригующим названием «Плюмажи», — в этом продавались перья для шляп.

В этой части Лондона София еще не была ни разу. Она смотрела на толпы нарядно одетых людей, что неспешно прогуливались по широким, обсаженным деревьями улицам. Здесь леди и джентльмены могли заглянуть в кондитерскую, отведать мороженого, выпить чашку чаю в павильоне посреди зеленого сада или же от нечего делать поглазеть в витрину магазина писчебумажных принадлежностей, в которой выставлены яркие, красочные открытки. Это был мир, совершенно непохожий на Боу-стрит, хотя, казалось бы, до него было рукой подать.

Карета доставила их в Мейфэр — самый шикарный район Лондона, где строгими рядами выстроились фамильные особняки. Они остановились на Беркли-сквер перед внушительным зданием в классическом стиле, с изящным фронтоном и высоким крыльцом. Огромные окна придавали фасаду из светлого камня ощущение легкости и величия одновременно. Дверцу кареты открыл лакей, услужливо выдвинув для Софии подножку. Другой, приняв у Росса связку ключей, тотчас бросился вверх по ступеням открывать массивные двери.

— Мы приехали к кому-то в гости? — спросила София, с восхищением разглядывая особняк.

— Не совсем, — ответил Росс и легонько подтолкнул ее к крыльцу. — Когда-то этот дом принадлежал лорду Кобхэму. Лорд — ровесник моего деда и предпочитает жить в деревне. А чтобы дом не пустовал, он решил его сдать.

— А что здесь делаем мы?

София вступила под гулкие, прохладные своды вестибюля; здесь было пусто — ни мебели, ни произведений искусства. Лишь на фоне ослепительно белых стен выделялись своей голубизной колонны из ляпис-лазури.

Росс встал с ней рядом, глядя на высокий узорный потолок, украшенный позолоченной лепниной.

— Я был уверен, что тебе здесь понравится. Мы поживем здесь, пока не построим свой собственный дом, — пояснил он с виноватыми нотками в голосе. — К сожалению, здесь нет мебели. Старый лорд забрал все фамильные реликвии в свое поместье. Так что, если мы согласимся взять особняк в аренду, тебе придется заняться его обстановкой.

София не ответила. Она никак не могла прийти в себя и растерянно озиралась по сторонам.