Любовник леди Софии

Джентри злобно сверкнул глазами:

— Что ж, Кэннон действительно отправил меня на верную смерть. И черт возьми, в том, что я остался жив, его заслуги нет!

— После всех преступлений, что были на твоей совести, любой другой на его месте без малейших колебаний отправил бы тебя туда же, — возразила София. — Ведь ты и твои сообщники ограбили карету, убили ни в чем не повинного старика…

— Старикана я не убивал, — вмиг ощетинился Джентри. — Мне нужны были только его деньги, а не жизнь. По голове его стукнул другой.

— Что ж, может, в твои намерения и не входило его убивать, но результат один — человека не стало. Ты же из простого грабителя превратился в сообщника убийцы, — сказала София, но потом, заглянув брату в глаза, продолжила уже чуть более мягко: — Увы, прошлого уже не вернуть. Нам остается одно — строить свое будущее. Но так дальше продолжаться не может. Подумай сам, Джон.

— Потому что нельзя считать себя неуязвимым. Рано или поздно ты совершишь ошибку — такую, которая приведет тебя прямо на виселицу. Мне страшно подумать о том, что я могу потерять тебя во второй раз. К тому же разве та жизнь, которую ты ведешь, для тебя? Разве ты был рожден для того, чтобы…

— Моя жизнь устраивает меня во всех отношениях, — оборвал ее Джентри. — София, не знаю, каким ты меня помнишь, но теперь я совершенно другой человек. Ты меня поняла?

— Нет, — упрямо ответила она. — Я не понимаю, как ты можешь жить так, как живешь. Ты ведь достоин лучшей участи, ты лучше, ты выше, ты благороднее…

Но Ник Джентри лишь горько усмехнулся.

— Это говорит о том, что ты знаешь.

Он поднялся и, подойдя к камину, положил руку на массивную мраморную полку. Языки пламени отбрасывали на его лицо свет, играя на коже и волосах оттенками черного и золотого. Немного постояв в задумчивости, брат вновь повернулся к ней. На лице его читалась настороженность.

— Расскажи-ка лучше мне чуть больше про Боу-стрит, — произнес он нарочито развязным тоном. — Ты утверждаешь, что имеешь доступ в архив. Кстати, мне как раз нужны кое-какие сведения.

— Я уже сказала тебе, что не стану этого делать. Не хочу предавать сэра Росса. Обманывать его доверие.

— Чем же тогда ты занималась последние два месяца? — напомнил он ей. — Что мешает тебе делать то же самое сейчас?

София поняла, что не сможет отмахнуться от этого вопроса — Джентри удовлетворит правда, и только правда.

— Джон, — начала она, осторожно подбирая слова, — за это время между мной и сэром Россом возникло некое… взаимопонимание.

— О Боже! — вырвалось у Джентри, и он машинально пригладил волосы. — Так вы с ним…

Казалось, он никак не может подобрать нужные слова. Поняв его вопрос, София утвердительно кивнула.