Долгожданный любовник

Он напомнил себе, что эта дерьмовая ситуация все еще может вернуться. Слишком рано снова к этому привыкать.

И все же, казалось, он не мог ничего поделать. Стоя в облицованной плиткой комнате, ощущая запах лизола и как край стойки, к которой он прислонился, впивается в задницу… Куин осознал, что именно в этот момент начал любить своего ребенка.

Прямо здесь и сейчас.

Как мужчина связывался со своей женщиной, также и отец — со своим отпрыском… от чего сердце Куина широко распахнулось, впуская в себя все: обязательство, пришедшее с выбором завести ребенка, страх потерять его, от которого, Куин мог поспорить, он никогда не избавится, радость от того, что когда ты исчезнешь с этой Земли, после тебя что-то останется, нетерпение встретиться с малышом лично, отчаянное желание держать ребенка на руках, смотреть в его глаза и отдать ему всю любовь, которую ты должен дать.

— Если не против… могу я коснуться твоего живота? — слабым голосом промямлил Куин.

— Ну конечно! Мог и не спрашивать. — Лэйла откинулась на спину с улыбкой. — Ты же знаешь, здесь половина тебя.

Куин потер свои дрожащие руки, подходя к ней. Естественно, он прикасался к Лэйле во время ее периода жажды, а затем, после, проявляя заботу, когда того требовала ситуация.

Он никогда не думал, что прикоснется к своему малышу.

Куин с огромного расстояния смотрел как потянулась его рука. Иисусе, кончики пальцев дрожали как сумасшедшие.

Но в тот момент, когда он прикоснулся к Лэйле, дрожь унялась.

— Я здесь, — прошептал он. — Папочка здесь. И я никуда не денусь. Только дождусь, когда ты будешь готов появиться на свет и тогда мы с твоей мамой станем заботиться о тебе. Так что ты держись, хорошо? Делай свое дело, а мы будем ждать, сколько понадобится.

Свободной рукой он взял ладонь Лэйлы и положил на свою.

— Твоя семья здесь. Ждет тебя… и мы любим тебя.

Ну да, глупо разговаривать подобным образом с чем-то, вроде комочка клеток. Но Куин не мог с собой ничего поделать. Слова, действия… они были всецело его и все же исходили из незнакомого ему места.

Хотя чувствовал он себя замечательно.

Чувствовал… как должен чувствовать отец.

Слева сороковый. Есть.

Справа сороковый. Есть.

Запасные боеприпасы на поясе. Есть.

Кинжалы один и второй в нагрудных ножнах. Есть.

Раздался стук в дверь, Блэй высунулся из гардеробной, крикнув:

Когда вошел Сакстон, он натянул куртку и повернулся.

Парень с ног до головы быстро оглядел «рабочий прикид» Блэя, как они когда-то его называли. От тревоги его светлые брови поползли вверх; опять же, парень никогда не чувствовал себя комфортно рядом с оружием.

— Собираешься на патрулирование, — заключил Сакстон.

— Вообще-то, на собрание Совета.

— А я и не знал, что туда в качестве аксессуаров нужно столько оружия.

Наступила долгая пауза.