Долгожданный любовник

Подняв взгляд, он осознал, что она выбрала один из каменных участков, на который не выходили окна… и который был защищен очень длинной стеной высокого кустарника, скрывающего и самого Эссэйла.

Она направлялась внутрь.

В этот момент Эссэйл нахмурился… и дематериализовался с того места, откуда вел за ней наблюдение.

Приняв форму у задней части дома на уровне земли, он заглянул в несколько окон, прижимая ладони к холодному стеклу и склоняясь ближе к нему. Внутренняя обстановка по большей части утопала во тьме, но не полностью: тут и там были включены лампы, их свет лился на мебель, которая являла собой сочетание антиквариата и современного искусства. Забавно-забавно. В своей мирной дремоте это место больше походило на музей или некую картинку в журнале: все находилось в таком идеальном порядке, что Эссэйл задумался, не использовалась ли линейка, когда расставляли мебель и предметы искусства.

Никакого беспорядка: ни тебе оставленных газет, счетов, или писем с квитанциями. Ни плащей, накинутых на спинку кресла или скинутой у дивана обуви.

Все до единой пепельницы находились в идеальной чистоте.

На ум ему пришел один-единственный человек.

— Бенлуис, — прошептал он самому себе.

Судя по постоянной вибрации в его нагрудном кармане, Кор знал, что его ищут его солдаты.

Он не отвечал на звонки.

По крайней мере, никто, казалось, его не замечал, хотя Кор стоял вне укрытия — все были слишком заняты своими делами…

Ледяной воздух в легких позволял справляться с подступающей тошнотой.

Когда у нее наступил период жажды? Скорее всего, это произошло сравнительно недавно. После того, как он в последний раз ее видел…

«Кто отец? — в сотый раз задался вопросом Кор. — Кто взял мою…»

— Не твою, — оборвал он себя. — Не. Твою.

И — кто бы мог подумать! — именно это удерживало его от штурма здания (со всеми его солдатами, если потребуется). Поскольку ей оказывали помощь, прервать этот процесс было самой последней вещью, которую он хотел.

Пока время шло и информационный вакуум доводил его до безумия, до него дошло, что он даже не знал об этой клинике. А если бы она была его? Он бы понятия не имел, куда обратиться за помощью. Конечно же, он бы послал Тро найти что-то, кого-то, чтобы о ней позаботились. Но что бы он делал в случае крайней медицинской необходимости? Час или два, потраченные на поиски доктора, могли означать разницу между жизнью и смертью.

С другой стороны, Братство точно знало куда доставить ее. А когда ее отпустят, они, несомненно, вернут ее в теплый, безопасный дом, где будет полно еды, мягкая постель и непоколебимая сила как минимум шести чистокровных воинов, защищающих ее, когда она спит.