Долгожданный любовник

Во второй раз он приложился костяшками сильнее и громче окликнул:

Куин развернулся и направился в свою комнату, проходя мимо закрытых дверей кабинета Рофа, и дальше по коридору со статуями. Когда он шел мимо двери в комнату Блэя, то ничего не мог с собой поделать, остановившись и уставившись на проклятую хреновину.

«Иисус Христос, он чуть не убил Сакстона».

И все равно чувствовал, что поступил правильно.

Он всегда знал, что его кузен шлюха… но очень не хотел оказаться прав. О чем, блядь, Сакстон думал? Каждую ебучую ночь в постели парня оказывался предел мечтаний Куина, и все же тот предпочел кого-то случайного из бара, или клуба, или ебаной Колдвеллской Муниципальной Библиотеки? Неужели в этом была необходимость?

Когда руки Куина сжались в кулаки, и он загорелся идеей отправиться к Сакстону и превратить его фейс в месиво, то едва смог сдержать этот порыв.

Прямо из ниоткуда в голове Куина снова зазвучал голос Блэя, и чувство агрессии остыло. В буквальном смысле за секунду он превратился из дикого буйвола в домашнего теленка.

Качая головой, он подошел к своей спальне, вошел в комнату и закрыл дверь.

Включив усилием воли свет, он просто стоял: ноги словно приросли к полу, руки висели канатами, голова насажена на верх позвоночника. Внутри — пустота.

Без видимой на то причины, Куин подумал об одном из излюбленных Фритцем пылесосов «Дайсон»: штуковину запирали в кладовке, оставляя в темноте, пока кто-то не вытаскивал ее обратно.

Супер. Он опустился до уровня пылесоса.

В конце концов, Куин выругался и приказал себе тащить свою задницу раздеваться и отправляться в постель. Ночь оказалась той еще сукой с момента захода солнца, но хорошие новости в том, что этот ебучий кавардак наконец-то закончился. Жалюзи опустились, чтобы укрыть всех от солнечного света. Дом погрузился в тишину.

Пришло время для восстановительного сна.

Осторожно стащив с себя футболку, шипя от боли, он осознал, что оставил кожаную куртку и оружие в клинике. Ай, да насрать! В случае чего, здесь находился допкомплект, а свое барахло он мог забрать и после Первой Трапезы.

Расстегивая ширинку кожаных штанов, он…

Дверь за его спиной распахнулась с такой силой, что отрекошетила от стены… чтобы потом оказаться в цепкой хватке одного разгневанного ублюдка.

В дверном проеме стоял взбешенный Блэй, его тело сотрясало от ярости, которой даже Куин, немало повидавший в своей жизни, поразился.

— Что, черт возьми, с тобой не так, — рявкнул парень.

«Ты, должно быть, прикалываешься, — подумал Куин. — Как можно не унюхать посторонний запах на собственном любовнике?»

— Думаю, тебе лучше задать этот вопрос моему кузену.