Любовь-морковь и третий лишний

Когда похоронившая двух детей мать шла по двору, местные кумушки начинали вздыхать и ласково спрашивать:

– Альбиночка Фелицатовна, как самочувствие?

– Спасибо, – спокойно отвечала Ожешко, – нормально.

Не успевала дама скрыться в своем подъезде, как сплетницы принимались чесать языками:

– Нет, просто от горя обалдела.

– И не плачет совсем.

– Что ж ей, при всех выть?

Но шло время, в густонаселенном доме постоянно происходили какие-то события, и дворовое общество забыло об Ожешко. Успокоилась и Каролина, они с Альбиной, несмотря на внешне теплые отношения, никогда не были задушевными подругами и не говорили о безвременно ушедших из жизни Валечке и Диме.

Жизнь постепенно вошла в свою колею, Каролина Карловна была вполне довольна: у нее есть хорошая работа, любимый брат рядом, материальных трудностей никаких, по коридорам квартиры ходят два обожаемых кота… Ну что еще нужно женщине? Мужа? Упаси бог, связывать свою судьбу с представителем противоположного пола Каролина категорически не желала, она даже перестала думать о ребенке, детей ей заменили коты.

День, когда случилось неожиданное, Каролина запомнила очень хорошо, была «чертова пятница», тринадцатое число. Яша пришел с работы непривычно рано, Каролина же прибежала как всегда, в семь, и очень удивилась, никогда не занимавшийся домашним хозяйством Яков пожарил картошку.

– Вкусно? – спросил он у сестры.

Каролина проглотила полусырой кусок и воскликнула:

Обижать Яшу, решившего по непонятной причине приготовить ужин, сестра не могла.

– Ты ешь! – заботливо сказал Яков. – Не волнуйся.

Вилка выпала из рук Каролины.

– Лично у нас ничего! – пробормотал Яша.

– Женя! – похолодела Хованская. – Он заболел?

– Типун тебе на язык! – воскликнул Яков. – Со здоровьем у него порядок.

– А с чем беда? – разволновалась Каролина.

Не надо думать, что Хованская обожала Женю, она просто очень хорошо понимала – случись что с мужем Альбины, Яков не переживет потерю. С годами чувство Яши не потускнело, а стало еще глубже, он был привязан к Евгению как собака. Порой Каролине казалось, что Женя, всю жизнь проживший с Яшей, вовсе не так уж сильно любит ее брата. Во всяком случае, любовь Яши была ярче, или просто Хованский по натуре более эмоциональный человек, чем обожаемый им Женька.

– Беды вроде нет, – вздохнул Яша, – но Альбина снова.., э.., беременна.

– С ума сойти! – вплеснула руками Каролина. – Ну зачем? Мало им было Вали с Димой!

– То же самое я спросил у Жени, – кивнул брат, – знаешь, что услышал в ответ?

– Ему почти каждый день снится Ирина Константиновна, грозит пальцем и говорит: «Усыновите мальчика, а то плохо будет».