Она любит плохих парней

Тоша с надломленным смирением высказывает мне все, не стесняясь в выражениях, а я продолжаю держать его за руку, позволяя выпустить накопленную обиду. Поджимаю губы, стараясь подобрать правильные слова, но это непросто. В книгах подобные драмы всегда разрешаются к финалу, но жизнь в тысячу раз сложнее. Некоторые вещи нельзя изменить за пару дней или даже лет, они слишком глобальные, а их корни вросли в умы так глубоко, что не вырежешь и не вытащишь.

– Если ты дашь мне немного времени, я смогу придумать план по захвату, – задумчиво бормочу я. – Мы можем инсценировать смерть, сменить вам личности и…

– Ты такая… – смеется Тоша, – Катя.

– Я просто хочу помочь.

Не придумываю ничего лучше, чем придвинуться ближе и крепко обнять Тошу, ухватив его за шею. Голова друга тяжело опускается на мое плечо, и я пытаюсь отдать ему столько сил, сколько у меня есть. Ему сейчас нужнее.

Хлопок входной двери неожиданно бьет по ушам. Я отклоняюсь, а Тоша испуганно оглядывается. Слышу шелест плащевой ткани куртки и неторопливые шаги. Дарий входит в комнату, а я медленно снимаю руку с плеча Тоши и обхватываю чашку.

– О нет! – усмехаюсь я. – Что же ты не постучал? Я не успела спрятать любовника!

Дарий едва заметно приподнимает бровь, но отвечает, как всегда, спокойно:

– Дверь была не заперта, но я могу вернуться и постучать, если нужно.

– Да все уже, момент упущен. Придется вам познакомиться, но сразу предупреждаю… никакого секса втроем не будет, даже не надейтесь.

Дарий снисходительно качает головой и шагает к кровати.

– Дарий, – представляется он, протягивая ладонь.

– Антон, – с серьезным видом кивает Тоша, отвечая на рукопожатие. – Если что, я люблю Катю только как друга.

– А я, если что, недиагностированный социопат, – с легким весельем говорит Дарий. – Поэтому могу себе позволить любить вообще всех.

Тоша хлопает ресницами, Дарий продолжает пристально смотреть на него. Между ними как будто происходит мгновенный немой диалог, в завершении которого и на губах Тоши появляется мягкая улыбка.

– А я тебя помню, второй курс историков, – говорит Дарий, задумчиво кивая. – Одинцов. У тебя была лучшая проходная работа.

– Да, спасибо. Мне нравились ваши занятия.

– Можешь обращаться ко мне на «ты».

– Эй, а может, мне лучше выйти? – вмешиваюсь я. – Пофлиртуете без лишних глаз.

– Ревнуешь, Катюш? – Дарий весело щурится. – Кого именно: меня или своего любовника?

– Я думала, ты уже уехал на тренировку. – Нагло меняю тему.

– Как раз туда собирался.

Дарий подходит ближе, и я опускаю подбородок, понимая, что наехала на него без причин. Совесть грызет изнутри, и так всю неделю, потому что без планов, оказывается, трудно сначала думать, а потом уже говорить или делать.