Любить нельзя

И затем удивлённо замерла, увидев на том месте, где должен был ждать меня Влад, машину Марка.

– Что-то случилось? – заметил мою растерянность Гоша.

Случилось! Еще как. Я не могу понять, что значит появление Марика. Влад был занят и папа заставил его? И что мне вообще ожидать от него? Или… а вдруг он не за мной? Последнему я бы очень обрадовалась.

– Нет-нет, все в порядке, – заверила я парня, качнув головой, и достала телефон, на который пришло уведомление о новом сообщении.

Черт. Все же за мной. Плохо.

– Марик приехал? – Егор кивнул на черный "ауди" с тонированными окнами.

– Он, – согласилась и, надеясь на отрицательный ответ, спросила: – Хочешь с ним поздоровиться?

Клинов как-то криво усмехнулся и произнёс, доставая из кармана пачку сигарет:

– Он будет не рад мне.

Оо, ты не знаешь, как он будет не рад мне! Если сравнивать его отношение ко мне и к другим людям, то с ними он просто лапочка.

– С чего ты решил? Вы же были лучшими друзьями.

– Ты правильно отметила – "были", – он щелкнул зажигалкой, зажег сигарету и поднес фильтр к губам. – Прошло уже… Шесть лет? Больше? Без разницы. Многое поменялось.

– Возможно, – отогнав мрачные думы прочь, произнесла я. – И мне пора. Марик меня ждет.

– Да, прости, что задержал, – Гоша затянулся в последний раз, выпустил ментоловый дым и затушил бычок. – Я тебя наберу, окей?

Я кивнула парню и быстрым шагом пошла вперед, к парковке, мысленно готовя себя к тому, что мне испортят настроение. Только Марик может игнорировать и этим доставать до печенок.

Оказалась права. Едва я села на пассажирское сиденье, он безразличным взглядом посмотрел сквозь меня в зеркало заднего вида, завел машину и, выехав, спросил брезгливо:

Я на миг опешила. С чего он взял? А затем вспомнила, что Лера и Рома курили в клубе, а сейчас еще и Гоша, и запах дыма мог "сесть" на мою одежду. Открыла рот, чтобы сказать ему правду, а потом разозлилась. Даже если и курю, то какая ему разница? Почему я должна оправдываться?

– И что с того? – вскинув бровь, с вызовом спросила я.

– Мне-то ничего, – брат пожал плечами, – но наш дорогой папочка расстроится, узнав, что у обожаемой доченьки есть грязные секреты от него.

Грязные секреты? Я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться вслух. Все мои грязные секреты, Марик, связаны с тобой. И осознание этого так бесит.

– Дорогой мой братец, – язвительно начала я, – а не можешь ли ты засунуть куда-нибудь подальше свое фальшивое беспокойство? Мне решать, курить или нет, пить или опять же нет.

– Рад за тебя, – произнес сквозь зубы Марик и резко нажал на тормоз, отчего я чуть ли не упала, но еле успела выставив руки вперед.

– Пристегиваться надо, – безразлично бросил он, повернувшись ко мне и…

Я не поняла, что это было.