Любить нельзя использовать

– Ничего нового, от привычки вставать в последние минуты, Артемьева так и не избавилась. – И у меня упала помада. Я не стала лезть под столик. И ушла. А когда вернулась, помада лежала на столике.

– Тань, может, ты ее все-таки подняла и забыла?

– Да нет же! Она укатилась к стене, и мне пришлось бы вставать на колени! А в новой юбке такие подвиги не совершишь!

– Что Эдик? Эдик отправился далеко и навсегда!

– Нет, ты не поняла. Может, Эдик заходил?

– Тань, я не знаю, зачем твоему бывшему понадобилось заходить к тебе, когда он точно знал, что ты отсутствуешь! Ты ключи у него забрала?

– Люсь, ну, конечно, забрала! Я же не дура!

– Нет, конечно! Но твой гримерный столик стоит в спальне, да еще и в самом дальнем углу. Так? – я не стала ждать ответ. – И для того, чтобы увидеть помаду, которая, как ты говоришь, закатилась к стене, ему не только было нужно зайти в комнату, но и пройти к этому столику, и скорее всего, сесть за него и посмотреть под него. Логично?

– Логично, – согласилась Татьяна.

– А теперь вопрос: зачем Эдику, если это был он, нужно было лезть под твой столик? Может, все-таки ты ее сама подняла?

– Люсь, я не поднимала.

– А все остальное на месте? Золото, деньги?

– Золото все на мне. А деньги сейчас посмотрю. – Я слышала в трубку, как подруга что-то выдвигает и шуршит. – Все на месте.

– Тогда лезь под стол, и смотри, что там есть.

– Люсь, а ты детективы писать не хочешь? – поддела Татьяна.

– Нет. Ты же не будешь мне каждый день подкидывать такие головоломки, а у меня на них фантазии не хватит.

– Жаль. А то я уже и название придумала: «Тайна упавшей помады»!

– Супер! Это не ко мне! Ну что там?

– Да, ничего! Стенка. Шкафчики. Столешница. Может, и правда, я ее сама подняла?

– Скорее всего. Тань?

– Сижу под столиком и думаю, что склероз подкрался незаметно!

– Это не склероз. Мы просто не обращаем внимания на привычные действия. Они просто не откладываются в памяти. Человек действует на автопилоте, а потом этого не помнит.

– Ладно, забудь. Может и правда, склероз!

– И все-таки, будь аккуратнее! Проверяй, закрыла ли двери!

Я еще размышляла над этим какое-то время, но, так ничего и не придумав, вернулась к своим героям. А ведь Татьяна права! И Даша, к которой вернулся Андрей слишком сладкая. И по всей идее у них давно бы все было восемнадцать плюс. Но. Да, я знаю, это я виновата! Потому что до сих пор не могу простить ту девушку, из-за которой Данилов вычеркнул десять лет своей жизни! И не знаю, что там сейчас у Данилова, а у меня будет по-другому!

Но проломав голову, я так и «не увидела» образ нового персонажа, и легла спать. А во сне мне снова снился Данилов, вот только с ним была я, а не еще невыдуманная героиня. И то, что снилось, было точно за чертой восемнадцать плюс.

Я не стал злоупотреблять гостеприимством семьи Матвея.