Любимая наша

Я хочу тебя до боли. Хочу быть в тебе. Хочу дать тебе столько моей силы, сколько ты сможешь взять. Хочу вкусить тебя всю.

− Даже если я не хочу? – усмехаюсь с горечью.

− А ты действительно не хочешь? Или снова терзаешься чувством вины? Посмотри мне в глаза и произнеси это искренне. Скажи: «Сэтору, я не хочу тебя». Если убедишь, я отпущу.

Наши взгляды скрещиваются в немом поединке.

Вот так просто? Сказать и отпустит?

Я открываю рот, порываясь промолвить это, поступить правильно… но с губ не срывается ни звука. Потому что даже саму себя мне не удаётся в этом убедить. Особенно теперь, когда черта пройдена и всё уже случилось. После его поцелуя, который не оставил равнодушным ни моё тело, ни душу. Дурацкая натура, не умеющая врать.

− Не можешь, ведь так? – торжествующе улыбается мой третий муж. − Это наша ночь, Лина. Завтра подумаешь о своих сэ-аран. Сегодня я намереваюсь заставить тебя забыть обо всём.

И не давая мне опомниться, он снова обрушивается на мои губы с жадными поцелуями. Сокрушая мою волю своей жаждой, своей огненной страстью. Возвращая то чувство единения, что я испытала в круге вместе с ним. То безумное притяжение.

Протестующе застонав, я уже через секунду теряю все ориентиры, действительно забывая, о чём мы только что говорили, о чём я думала и чего страшилась.

Эти руки теперь везде. Огненные прикосновения плавят моё тело, превращая в мягкий воск, послушный воле Сэтору. Жаркие поцелуи жалят шею, заставляя выгибаться от удовольствия и стонать уже в голос, пылающими дорожками спускаются на ноющую грудь.

− А-а-а, − срывается с губ, когда мой сосок попадает в плен его рта. Болезненно сладкое удовольствие горячими ручейками стекает в низ живота.

А дальше я даже не замечаю, как оказываюсь на спине, а между моих раскинутых ног оказывается мужское тело. Пока не напирая и не придавливая, но всё внутри вмиг сжимается.

− Нет, нет, так нельзя… можешь навредить, − вспоминаю о предупреждениях лекаря, пытаясь выползти из-под Сэтору.

− Тш-ш-ш, доверься мне, − тянет он меня обратно. Демонстративно целует в выпирающий живот. – Я же сказал, что никогда не причиню вреда. И твоим сыновьям тоже. Не сопротивляйся мне, я хочу попробовать на вкус твоё удовольствие.

И прежде, чем я успеваю, как-либо отреагировать, разводит мои ноги ещё шире и с предвкушающей улыбкой опускается между них. И меня выгибает от первого же прикосновения его губ к самому сокровенному. Такого шокирующего почему-то. От того, как язык проходится горячей лаской по клитору, как толкается пару раз в меня, прежде чем уступить место пальцам, что тут же проникают внутрь.

− Такая сладкая, − урчит Сэтору, сводя меня с ума умелой настойчивой лаской. Вылизывает, прикусывает, играет, пока я полностью не теряю связь с реальностью.