Любимая наша

Кружим теперь, выискивая слабые места… как когда-то давно… много десятилетий назад... множество раз.

Он хромает… бережёт руку. Правый бок… ранен, сволочь. Как и я. Плевать!

Этими руками он трогал мою женщину. Отрубить.

Зарычав, бросаюсь вперёд. Враг шагает навстречу.

И мы практически налетаем на ледяную стену света, внезапно возникшую между нами.

Сэтору удаётся остановиться раньше. Скользнуть вспышкой огня, уйдя от прямого столкновения. Он не мог не следить за вторым своим потенциальным противником. Я же от брата такого вмешательства попросту не ожидал.

− Хватит, − чеканит А-атон, разводя руки в стороны и расталкивая нас с Сэтору на добрый десяток шагов своей силой.

Из груди рёвом вырывается дикая ярость, круша всё вокруг. Кроша и плавя стены. Ломая не успевших убраться джа-анов. Но только выплеснув эту ненависть хотя бы частично, я получаю возможность сделать вдох и взять под контроль ненасытившуюся кровью внутреннюю тварь.

Оскалившись, стряхиваю с рук тёмное пламя, развеяв клинки. И выпрямляюсь, сжав кулаки.

Сэтору делает то же самое.

Тяжело дыша, мы смотрим друг другу в глаза сквозь прозрачную стену света. В душе по-прежнему кипит гнев. Но брат прав.

− Я рад, что хоть один из вас способен мыслить рационально, − ядовито усмехается жрец. Смотрит на моего близнеца, потом на меня: – Прежде чем мы продолжим наш... разговор, хочу предупредить, что Лине угрожает неизвестная опасность. Кто-то, равный силами богарам, проникает в её сны. Она видела, что он попытается её похитить после вашего возвращения. Я, к сожалению, не смог выяснить, кто это. И хоть научил её ставить достаточно сильный щит, всё же не хочу оставлять одну надолго. Это может быть опасным для неё.

− Благодарим за предупреждение, ри-одо, − мертвенным тоном произносит А-атон. – Мы ценим всё, что вы сделали для сохранения жизни нашей супруги и наших наследников. Отныне мы позаботимся о ней сами.

− Она и моя супруга, − хмурится Сэтору. – Волей Абсолюта.

− Больше похоже, что обманом, − выплёвываю, буравя его ненавидящим взглядом.

− Я понимаю ваши эмоции, император Са-оир, но оскорблений не стерплю, − отрезает жрец. Теперь уже наши взгляды скрещиваются подобно клинкам. И мы оба пытаемся продавить друг друга. И ни у одного этого не выходит. Но так было не всегда. Мы оба это помним.

Само собой разумеется, что против нас с братом Сэтору не выстоит. Но я первый, кто запретит такой бесчестный поединок. Если биться, то один на один. Можно с обоими, но по очереди. Никак не двое против одного.

Что ж… придётся с ним разговаривать.

Но уж никак не договариваться, как Сэтору видимо надеется. Лины ему не видать.