Любимая наша

Должен был догадатьс-с-ся, что что-то нечисто, когда Ш−ш-шаарид меня так срочно вызвал.

− До сих пор не могу поверить, что он взял и так просто предал Правящий Дом, − срывается с моих губ тихий вздох. – Повелители считали его лояльным. Я… тоже. Он ведь так поддерживал меня.

− У вс-с-сякой преданности есть с-с-своя цена, − повторяет Чотжар слова А-атона, пожав плечами. – Ш-ш-шаарид был предан императорам, пока его не убедили, что он может сам занять их место, подняв свой Дом над остальными. Мы, на-агары, все чудовищно честолюбивы по с-с-своей натуре. И иногда из-за этого можем откусить кусок больше, чем способны проглотить.

− И ты тоже настолько честолюбив? – недоумённо смотрю на своего бывшего хранителя.

− Конечно, − снисходительно ухмыляется он. – Прос-с-сто мне хватает ума понимать, что наивыс-сшего положения в империи я с-с-смогу достичь только являясь преданным сторонником законных императоров. Видишь, вот уж-ш-ше дослужился до титула главы Выс-с-сокого Дома.

− Ну да, ну да, − хмыкаю. – Так я и поверила, что моим супругам ты предан только из-за этого. Ещё скажи, что под пытками держался лишь ради того, чтобы стать потом главой Бронзовых. Как же любите вы все выпячивать свою прагматичную рациональность. И прятать свои настоящие чувства, чтобы, не дай бог, никто не посчитал вас слабыми.

Чотжар в ответ лишь скалится в саркастичной ухмылке.

− Нет. Под пытками я держ-шался не ради титула, − признаётся спустя небольшую паузу. – Чес-с-столюбивые ж-ш-шелания это точно не то, что может помочь в таких с-с-ситуациях.

Ну вот, он уже и сам подводит, сознательно или нет, к той теме, на которую я хочу поговорить. Так что можно уже не ходить вокруг да около.

− Чотжар, почему ты не выдал мою семью? – спрашиваю, посмотрев на него. – Дело ведь не только в преданности императорам, или мне. Ведь так?

Теперь мой бывший хранитель хмуро сжимает губы. Во взгляде, да и во всей его фигуре, появляется едва уловимое напряжение. И это только прибавляет мне подозрительности.

− Скажи, та девушка о которой ты говорил моим супругам… та, которую ты хочешь видеть своей женой в будущем, это кто-то их моих родных? – задаю я вопрос прямо в лоб.

− Почему ты так реш-шила? – прищуриваются янтарные глаза. Хотя я вижу, что он не удивлён моим вопросом. Словно ждал его.

− Хамана намекнула. Сказала, что ты не продержался бы так долго, храня тайну места нахождения моих родственниц, если бы кто-то из них не был тебе дорог. Чотжар, ты же не собираешься утащить с Земли мою Соню? – останавливаюсь, сканируя его испытующим взглядом.

− А ес-с-сли и так? – мрачно интересуется он. – Каж-шется, ты говорила, что ж-шелаешь мне с-счастья. Называла меня братом.

А я так надеялась, что ошиблась и он сейчас в пух и прах разобьёт все мои домыслы.

− Да, но… Соня моя племянница.