Любимая наша

Отказаться от своей цели, от родного мира, найти способ, как перекрыть брачную связь, чего бы это нам ни стоило. Иначе мы убьём нашу сэ-авин. Убьём наших сыновей в её утробе. И сами погибнем в конце концов.

Ещё вчера мы с братом рассматривали такой вариант действий, как самый приемлемый для нас. Бросили все ресурсы на его воплощение. И нам почти удалось. Объединив усилия, выжигая собственные энергетические каналы, мы смогли почти перекрыть связь, спасая нашу женщину. Блок держался почти сутки. И я до сих пор не понимаю, почему он сорвался.

Где-то там, в родном мире, Лина снова теряет силы с такой скоростью, что надолго её не хватит. Наша девочка и так уже отдала нам непозволительно много. И мы никак не можем ей помочь. Все наши попытки вернуть блок, сделали только хуже.

Теперь нам с братом нужно как можно скорее добраться до врат. Возможно, там мы сможем понять, как открыть их, не задействовав энергию Лины.

Аяшши тоже взбирается на своего гриска и догоняет меня, пристраиваясь сбоку.

− Эльмор Са-оир сегодня, как раненый зверь. Опасный, злой. Да и не только он. Ты тоже, эльмор, хоть и хорошо прячешь свою боль, − как бы между делом, произносит старый ферук, покачиваясь в седле.

У этих крылатых очень своеобразные понятия, что можно открыто и свободно обсуждать друг с другом.

− Ты очень наблюдателен, Аяшши, − отвечаю ровно.

− Да, прожитые годы научили меня многое видеть, − степенно кивает проводник. – Вы с братом даже не посмотрели на лучших красавиц нашего племени, принесённых вам в дар. Наверное, вас в родном мире ждут свои красавицы, любимые жёны.

− Жена, − криво усмехаюсь я на попытку старика выведать причину нашей с Са-оиром спешки. – У нас с братом одна на двоих жена.

Наверняка он слышал что-то из наших разговоров. Тратиться на щиты, когда каждая капля силы истощает Лину, для нас сейчас непозволительная роскошь.

− Одна на двоих? – удивлённо вскидывает Аяшши брови. – У нас бывает, что сильный муж берёт несколько жён. Наоборот не бывает. Она, наверное, дивная красавица, ваша жена. Нужно очень сильно любить, чтобы делить одну женщину на двоих.

В памяти всплывает образ нашей хрупкой нежной сэ-авин. И сердце в груди привычно отзывается острой тоской. Желанием снова сжать её в своих руках, вдохнуть её запах. Услышать нежный голос.

Ашары не умеют любить. Нас не учат этому. Любовь, как и все неконтролируемые чувства, это слабость, лишающая разума и способности принимать взвешенные решения. А ашары не приемлют слабость.

Я видел любовь в серебристых глазах Лины. Хоть она и не призналась в своих чувствах вслух. Ощущал их. Грелся в обожании, с которым смотрела на меня маленькая землянка. Наслаждался её нежностью, каждую минуту. И прикипал к нашей девочке с каждым днём всё больше. Пока Лина не стала нужна мне как воздух.