Человек с лицом убийцы

 – Чего еще изволите?

– Снегирев тоже на тебе, – спокойно ответил Гуров, давно привыкнув к шутовству друга. – Найди его и поспрашивай хорошенько. Если нужно, тащи в Главк, вместе с ним поработаем.

– Давайте-ка подведем итого первого дня, о котором мне в министерство докладывать, – недовольно оборвал их диалог генерал. – Заместителя мэра Москвы казнили ранним утром в общественном месте неподалеку от храма средневековым методом. При этом он не пытался защититься, убежать или позвать на помощь. Никто ничего не видел и не слышал, а труп обнаружила старушка, которая шла в тот самый храм… Дальше. По сути, следствие не смогло установить мотив убийства или причины, которые могли бы возникнуть у кого бы то ни было для того, чтобы казнить Киреева. Покойник ангелом не был, но и дьяволом его никто не считал. А единственный человек, с которым он за всю свою жизнь поругался, некто Геннадий Снегирев, которого никто не видел и данных на которого у нас не имеется… Более того, следствие не имеет никаких сведений о личности преступника. Ни пол, ни возраст, ни предполагаемые приметы нам неизвестны. Орудие преступления на месте не обнаружено. Следов обуви на месте преступления тоже обнаружить не удалось, и единственный имеющийся у нас свидетель – той-терьер – собака покойного, показания с которого не получить и к делу не пришить. И что в итоге, товарищи офицеры?.. А в итоге у нас жопа получается! Орлов бабахнул ладонью по столу. – Вы представляете, что будет, если об этом журналюги узнают? А они узнают, поверьте мне! Сто лет уже борюсь с утечками информации из Главка, и никак эту гниль вывести не получается.

– Не обязательно из Главка будет утечка, – прервал его Гуров. – Весь Донской отдел эту казнь со вчерашнего дня обсуждает.

– Да какая мне, на хрен, разница, откуда будет утечка? – психанул генерал. – Мне что в министерстве докладывать?

– Ну, Петр, ты же не первый раз в такой ситуации. Справишься, – усмехнулся сыщик.

– «Справишься», – передразнил его Орлов, но уже намного спокойнее. – Развелось вас, умников. Сами бы хоть раз в министерство доклад о «висяке» сделали… Ладно, вон отсюда! Идите работайте, и чтобы к вечеру мне хоть какой-то результат был!

– Не буду размахивать шашкой, мы еще поборемся, – фыркнул Гуров и первым отправился к выходу из кабинета.

Стас, на ходу ворча, что ему так и не дали попить кофе, зашел в кабинет только за своей курткой и тут же отправился в Донской отдел. По сути, вечное ворчание Крячко и его недовольство теми заданиями, которые ему поручают, были напускными. Он любил свое дело и, как гончая, если брал след, шел по нему, не останавливаясь. Охотничий азарт захватывал его, и Стас мог преследовать свою добычу, пока не загонял ее до полного изнеможения.