Человек с лицом убийцы

Эти двое проводили в кабинете Киреева больше времени, чем остальные подчиненные, и Гуров решил, что с ними тоже стоит побеседовать.

Соловьев оказался довольно тучным мужчиной, которому можно было дать как тридцать, так и пятьдесят лет. Его кабинет выглядел куда шикарнее, чем рабочее место его шефа, и чувствовалось, что занимаемая должность доставляет Соловьеву большое удовольствие. Гурова он встретил почтительно, выйдя из-за стола и протягивая руку, а на лице у чиновника была грустная улыбка, которой он старался одновременно показать и радость знакомства с полковником полиции, и печаль от утраты своего начальника.

– Мы все скорбим о смерти Павла Петровича, – начал говорить Соловьев, но Гуров его перебил.

– Об убийстве, – вставил сыщик.

– Не понял. – На лице чиновника отразилась полная растерянность.

– Смерть и убийство – две довольно разные вещи, – пояснил Гуров.

– А-а, это у вас такой профессиональный жаргон, – прозвучало полувопросом, полуутверждением.

– Расскажите, Александр Владимирович, в каких отношениях вы были с покойным Киреевым, – не стал реагировать на реплику Соловьева сыщик.

– Вы что, меня подозреваете? – оторопел тот.

Эта игра в кошки-мышки продолжалась еще несколько минут, пока Гурову наконец не удалось объяснить излишне самовлюбленному чиновнику, что нужно просто отвечать на несложные вопросы. В итоге выяснилось, что занимает свое место Соловьев чуть больше двух лет. Киреева он знает только как начальника (и, естественно, ничего плохого о нем сказать не может), а о личной жизни Киреева не имеет никакого представления. Соловьев подтвердил слова Инны, что у покойника врагов на службе не было («по крайней мере, я об этом ничего не слышал!»), а про друзей он знать не может, поскольку начальство о своих друзьях подчиненным не рассказывает.

– Я только знаю, да и то по слухам, что был у Павла Петровича какой-то покровитель в Министерстве строительства и жилищно-коммунального хозяйства России. Говорят, если бы не возраст Павла Петровича, то он бы пошел выше. По крайней мере, на должность замминистра. Но сейчас, как вы знаете, правительство взяло курс на омоложение кадров, и пожилым сотрудникам дорога наверх заказана. – При этом Соловьев ткнул пальцем в потолок…

В общем, беседа с начальником департамента ЖКХ оказалась абсолютно бесполезной, и Гуров жалел о потраченном времени. Впрочем, такова работа опера – рыть носом землю, выискивая следы. Даже несмотря на то, что иногда приходится испачкать этот нос в навозе. И Гуров уходил от Соловьева именно с таким чувством – что ему пришлось копаться в куче свежего, еще живого навоза.

Секретарша начальника департамента капремонта грудью встала на защиту своего руководителя.