Человек с лицом убийцы

И то, что он не стал претендовать на квартиру, которая осталась ему в наследство, тоже понятно. Отчим думает, что Игнат проявил благородство и оставил ему эту квартиру. Но я полагаю, причина была в другом. Елизар просто не хотел светиться, ведь переоформление наследства все-таки требует личного присутствия наследника. Так что тут все логично.

– И все равно мне никогда, наверное, не понять, почему Елизар так поступил, – с грустью вздохнула Жанна Валентиновна.

– А где работал Игнат? Он ведь должен был на что-то жить и снимать квартиру в Ивантеевке, – спросил Гуров.

– Он работал в службе доставки, в «Озоне». Работал курьером и зарабатывал неплохие деньги. Плюс получал арендную плату за сданную внаем квартиру. Хотя про то, что эта квартира находится в Приморье, я узнала только сегодня утром. Он говорил мне о квартире, но не уточнял, где она. Я думала, что он имеет в виду квартиру, оставшуюся ему в Москве от матери.

– Если бы у него была квартира в Москве, зачем бы он снимал квартиру в Ивантеевке? – заметила нестыковку Жанна Валентиновна.

– Ну, это обычная практика, – ответил ей Гуров. – Сдаете дорого, снимаете дешевле, разница в деньгах и есть чистая прибыль.

– Да, я тоже так подумала, – согласилась с ним Антонина. – Поэтому вопросов по этому поводу ему и не задавала.

– Он приехал из Приморья на машине?

– Как я поняла – да. На той самой «Тойоте». На ней он и работал, развозил заказы.

– Работал он неофициально, как я понял… – Гуров вопросительно посмотрел на Тоню.

– Да, наверное. Я не знаю. Но карточки у него не было, это точно. Он всегда везде рассчитывался наличными.

– Вот и мы не обнаружили, чтобы он снимал когда-нибудь деньги с карты или с кредитки, – заметил Лев Иванович. – Но странно и другое. Мы так и не смогли проследить его путь к этому дому в день убийства, и ваш уход из дома тоже не был нигде зафиксирован. Просмотрели все видеокамеры в округе и ничего подозрительного не обнаружили. Как это вам удалось? Ну, я понимаю, все вещи вы вынесли заранее, но все равно…

– Не знаю, как он к нам добирался. Он мне не говорил. – Тоня нахмурила брови, словно была недовольна, что не может точно ответить на этот вопрос. – А вот уходили мы уже переодетые. У вас ведь есть снимок с видеокамеры над подъездом? Жанна мне говорила, – посмотрела она на Астапову.

– Спортивная черная сумка, – ответил Гуров.

– В ней он принес свою одежду. Для себя и для меня. Велел мне переодеться. У меня стрижка короткая и фигура мальчишеская. Поэтому, когда я оделась, на парня стала похожа. Он и кепку мне дал, – улыбнулась она горькой улыбкой. – Сам тоже переоделся. Его одежда ведь вся в крови была. – Тоня содрогнулась всем телом. – Я не знала, что он собирается сделать, – виновато посмотрела она на Жанну Валентиновну и на Гурова.