Человек с лицом убийцы

Не могу я так уверенно заглядывать в будущее и знать наперед, как поступит подозреваемый.

– Просто ты над этим не задумывался. Вот и вся между нами разница, – предположил Гуров.

– Может, и так, – легко согласился Станислав и, хитро прищурившись, добавил: – А на фига мне задумываться о таких пустяках, когда у меня для этого ты под рукой?

Оба рассмеялись, а потом Лев Иванович заметил, быстро глянув на часы:

– Так. Мне уже нужно ехать к Шишковским. Давай-ка посмотрим, под какой из двух найденных мной фамилий с пропиской в Приморском крае может скрываться Елизар.

Выяснить получилось быстро. Трехкомнатная квартира в Артеме оказалась оформлена на Родионова Игната Никитича. Его дата рождения полностью совпадала с датой рождения Игната Тимофеевича Лопахина.

– Во как хитро придумал. Фамилию взял от отца родного, а отчество от отчима, – подивился Крячко.

– М-да, парень далеко не глуп, – согласился с ним Гуров. – Поэтому ему и удавалось столько лет скрываться от правосудия. Если бы он в свое время не решил вернуться в Москву и не встретился с Антониной, то так всю жизнь и прожил бы чужой жизнью.

– Тоня, чтобы тебе было проще отвечать на мои вопросы, давай сделаем так. Для начала ты расскажешь мне, как и где ты познакомилась с Игнатом. Давай будем с тобой называть его пока Игнатом. Договорились?

Гуров сидел напротив Антонины в кресле, а девочка примостилась в углу дивана, укутавшись в плед. Ее знобило – то ли таким образом ее психика и организм отходили от стресса, то ли потому, что она успела где-то простудиться.

– У тебя температура? Может, вызвать врача? – поинтересовался Лев Иванович. – Необязательно «Скорую помощь». У меня есть знакомый врач, который практикует частным образом.

– Нет, все нормально, спасибо, не нужно никакого врача, – ответила Тоня. – Это просто озноб на нервной почве. Завтра я буду в порядке.

– Тонечка, может, все-таки примем предложение Льва Ивановича? – обеспокоенно спросила Жанна Валентиновна. – Не забывай, что ты теперь не одна.

– Нет, не нужно врача, – уверенно заявила Антонина. – У меня ничего не болит.

– Ну хорошо. Тогда можешь начинать рассказывать, – предложил Гуров и приготовил записную книжку.

В принципе он и так все хорошо запоминал, но вид книжки и ручки почему-то всегда положительно воздействовал на свидетелей. Они проникались к оперативнику большим доверием, и это помогало им сосредоточиться на своих показаниях, что в конечном итоге влияло на качество воспоминаний.

– Мы познакомились с Игнатом в кафе напротив моей школы-студии, – начала рассказ Антонина. – Я ждала, когда за мной приедет кто-нибудь из родителей, и коротала время за чаем и книгой. Народу было мало, и почти все столики были пустыми.