Человек с лицом убийцы

Он сразу понял, из какого они отряда млекопитающих, если сравнивать характеры и привычки людей с характером и привычками животных, и не желал близкого общения с ними.

– Мы вас слушаем, – угрюмо заявил Борис Дмитриевич, когда он и его супруга расселись в креслах гостиной.

– Мне бы хотелось сказать вам и вашей жене только пару слов. – Гуров не стал садиться и остался стоять. – Пока идет следствие и ваша племянница Антонина не найдена, Жанна Валентиновна должна оставаться в этой квартире и никуда не должна выезжать из нее, – твердо заявил он.

– Хм, племянница, – фыркнул Борис Дмитриевич. – Какая она мне племянница?

– Она была официально удочерена Ириной и Валерием Шишковскими, носит фамилию и отчество вашего брата, а значит, является по закону не только вашей официальной родственницей, но и прямой наследницей всего движимого и недвижимого имущества ее приемных родителей, – заметил Лев Иванович.

– Она преступница, которая убила моего брата и его жену! – жестко заявил Борис Дмитриевич. – Она не имеет прав ни на какое наследство.

– А с какой это стати вы записали ее в преступницы и обвиняете в убийстве? – изображая неподдельный интерес к сказанному, Гуров склонил голову набок.

– Но это же очевидно! – воскликнула Ангелина. – Она сбежала вместе с любовником, который убил Валерия и Ирину. Значит, она соучастница преступления.

– Интересно узнать, откуда у вас такие сведения? – оживился Лев Иванович.

Женщина, по-видимому, поняла, что ляпнула лишнее, и замолчала, поджав губы. Муж сердито посмотрел на нее и ответил:

– Неважно откуда. У нас есть свои связи, – посмотрел он многозначительно на Льва Ивановича.

– В любом случае, пока вина не доказана на суде, человек не может считаться преступником, – заметил Гуров. – Мы не исключаем возможности того, что Антонину взяли в заложницы. Так что пока не прошло полгода, вы не вправе командовать в этой квартире и распоряжаться каким-либо другим имуществом, которое в ней находится. Так сказано в законе.

Он не стал говорить этим людям, что есть еще и вероятность того, что девушка мертва. Ни к чему было мутить и без того мутное болото алчности. Словно бы угадав его мысли, Борис Дмитриевич заявил:

– Мне вообще кажется, что той девицы уже и в живых нет.

– Это вам так только кажется, – кивнул Лев Иванович.

Повисло неловкое молчание, и Гуров уже собирался было пойти в комнату к Жанне Валентиновне, как за его спиной раздался ее голос.

– Ирина и Валерий год назад составили завещание, в котором отписали все свое движимое и недвижимое имущество Антонине, – сказала она.

Прежде чем повернуться к Астаповой, Лев Иванович мельком глянул на Шишковских и увидел, как Ангелина и Борис Дмитриевич удивленно и зло посмотрели на домработницу.