Человек с лицом убийцы

Евгений Северьянович вопросительно посмотрел на гаишника, тот неохотно полез в ящик своего стола и достал из него айфон последней модели. Довольно дорогой и навороченный. Зло зыркнув на Леднева, он подвинул телефон ближе к Разумовскому.

– Этот? – спросил Евгений Северьянович у мужчины.

– Он самый. – Злорадно усмехнувшись, Леднев посмотрел на гаишника. – Его Игнат мне и дал.

Разумовский спрятал телефон в пакет и сказал:

– Теперь посмотри на эти фотографии и скажи мне, кого ты на них знаешь. – Евгений Северьянович протянул Ледневу фотографии Елизара и Тони.

Тот взял снимки так аккуратно, словно боялся обжечься, и, глянув на них один раз, кивнул:

– Ага, это и есть Игнат. А это сеструха его младшая. Точно. Он так и сказал – надо, мол, с сестрой в одно место съездить. Мы туда и обратно, мигом. А свою тачку я пока тебе оставлю. Да. Так и сказал.

– Он свою сестру по имени называл?

– Называл, – уверенно заявил Леднев. – Только я тогда выпивши был. Запамятовал. А так – называл. Да, помню. Таня или Тина, в общем, на букву «Т» как-то.

– Тоня? – напомнил Разумовский.

– Тоня? – снова переспросил Леднев. – Может, и Тоня. Не помню я. – Он почесал затылок.

– Ну хорошо. А какой марки тачка у этого писателя?

– Тачка какой марки? – похоже, что повторять заданные ему вопросы у Леднева было стойкой привычкой. – Хорошей марки, иностранной, – немного подумав, ответил он.

– Точно марку назови. – Разумовский начал уже сердиться.

– Точно… «Тойота» какая-то там. Маленькая, темно-синяя. Не такая, как мой «УАЗ». На бездорожье завязнет сто процентов, – заявил Леднев. – Он поэтому и попросил у меня машину, потому что по бездорожью надо было ехать. Дачу, говорит, надо посмотреть одну. Хотим, мол, купить дачку в лесу.

– А где в лесу – не сказал?

– Не, не сказал. Точно помню, что не сказал.

– Ну, хоть что-то ты точно помнишь, – усмехнулся Евгений Северьянович. – Ладно. Теперь скажи, не упоминал ли он, когда уезжал, куда они с сестрой собираются ехать потом?

– Потом? После меня то есть? – Леднев надолго задумался, но потом все-таки сказал: – В Красногорск, кажись.

– Точно или все-таки «кажись»? – с усмешкой переспросил Разумовский.

– Кажись, точно, – ответил Леднев.

Евгений Северьянович понял, что больше он от этого типа ничего конкретного не добьется, но на всякий случай спросил:

– Кроме того, что марка машины «Тойота» и цвет у нее темно-синий, ты больше ничего о машине Игната сказать не можешь?

– А че говорить? – не понял Леднев. – Машина как машина. Не новая машинка. Лет пять ей.

– Ну, хотя бы ее номер или регион можешь вспомнить?

– Номер вспомнить? – Леднев задумался. – Не, не помню номер. Только регион. Двадцать пять у него там цифра стоит. Точно говорю. И буквы последние еще помню, «О» и «К».