Увидеть лицо

Шла бы ты спать, девочка, достала уже!

— Он что-то для тебя значит?

Лицо Петра внезапно стало очень несчастным. Он резко отвернулся и шагнул за порог.

— Смотри там, поосторожней, мне показалось, я кого-то видела из окна, на дорожке…

Дверь закрылась, слегка стукнув о косяк и отрезав от водителя ее слова. Алина несколько секунд смотрела на нее, потом отвернулась и начала подниматься по лестнице.

Петр врал или просто что-то не договаривал, но очевидным было только одно — ему так же не по себе, как и остальным. Пожалуй, даже страшно. Действительно ли он пошел проверять автобус (и чего там проверять, хотя фиг их разберет, этих водителей!) или это отговорка. Что он хочет делать там в темноте, под дождем? А шар? Как он в него вцепился! Он наверняка что-то…

Алина вдруг вспомнила, как несколько часов назад, еще в автобусе, Петр, запинаясь от волнения, пытался объяснить им, что автобус этот на самом деле вовсе не его.

…барахло это на ветровом не болтается… я этого не люблю!.. у меня только на приборке русалка стояла… русалка в шаре… там вода и в ней блестки… они на ходу все время кружатся вокруг нее… но ее нет… ее нет…

Она даже остановилась на одной из ступенек, потом снова быстро начала подниматься. «Что это значит?! — монотонно стучало у нее в голове. — Что это значит, чтоэтозначит, чтоэтозна…»

Дверь в ванную оказалась заперта, и из-за нее несся шум воды. Алина несколько раз дернула ее, с минуту погуляла от стены к стене, вспоминая несчастное лицо водителя, потом решительно постучала. Из-за двери что-то недовольно буркнули. Алина, прислонившись к стене, подождала еще минуту.

Цветочные куколки в ящике тумбочки… полный ящик цветочных куколок…

Тебе ведь пять было, Аля? Пять?

Достаточно было закричать, Аля. Просто закричать. У тебя ведь был сильный голос. Тебя могли бы услышать… но ты струсила, хотя тебе уже было пять, Аля… и теперь за это ты сполна наша девочка…

Закусив губу, она развернулась и снова постучала.

— Сейчас! — раздраженно ответила дверь евсигнеевским голосом. — Уже иду!

Настроение у Алины испортилось еще больше, и она тоскливо взглянула туда, где за поворотом коридора скрывалась дверь в ее комнату, размышляя — не отступить ли туда, пока бизнесмен не покинет ванную. Пусть Алексей не так давно и расшаркивался перед ней и выставлял себя воплощением любезности и кротости, он не стал от этого более приятен. И пугать ее не перестал.

Где-то дальше по коридору отворилась дверь, и Алина повернула голову и вытянула шею, словно таким образом могла из-за округлой стены увидеть, чья эта комната. В тот же момент щелкнул замок, и из ванной вышел Алексей, сжимая в мокрых руках сложенное полотенце. На его лице блестели капли воды, влажные черные волосы были небрежно откинуты назад.