Литерный поезд генералиссимуса

Увидев Сталина, проводник вытянулся, приложив сморщенную узкую ладонь к фуражке, и боевито выкрикнул:

– Здравия желаю, товарищ Сталин!

– Здравствуйте, товарищ проводник, – миролюбиво проговорил Иосиф Виссарионович. – А нельзя ли дать свет в наш вагон? А то как-то тут совсем неуютно. А потом, кое-какие документы еще посмотреть нужно, а без света никак.

– Так точно, товарищ Сталин, – басовито гаркнул проводник. – Можно!

– Тогда включите, – попросил Верховный.

Старик продолжал таращиться на Иосифа Виссарионовича.

– Включим, товарищ Сталин! – гаркнул старик во всю мощь легких, продолжая стоять как вкопанный, оцепенело поглядывая на вождя.

Сталин укоризненно покачал головой, подошел к старику и опустил его руку, которую тот держал у самого козырька.

– Чего уж вы так? Зачем для нас столько почестей? – укоризненно произнес Сталин. – Мы всего лишь пассажиры, а не какие-то там князья… Так ведь, Лаврентий?

– Именно так, товарищ Сталин, – с улыбкой поддержал вождя Лаврентий Берия.

– Ну вот видите, и Лаврентий Павлович не возражает, а вот если свет включите в вагоне, будет очень хорошо.

– Да, да, иду, товарищ Сталин, – засуетился проводник и заторопился в служебное помещение.

Еще через несколько минут в вагоне вспыхнул свет.

– Может быть, чаю, товарищ Сталин? – спросил Лаврентий Павлович.

– Было бы неплохо, – согласился Иосиф Виссарионович, – и скажи, чтобы обязательно положил лимон. А я пока просмотрю документы.

Лаврентий Берия вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Глава 27

Станция Нечаево. Таинственный майор

Поезд, идущий на Ржев, остановился на крошечной станции Нечаево. Удивительно, несмотря на жестокие бои за Ржев, война не тронула этот тихий уголок, стиснутый с трех сторон топкими болотами, с четвертой, где проходила железная дорога, были глуховатые и мрачноватые леса, сплошь состоящие из высоченных елей и лиственниц. Может быть, в силу географического расположения немцы обошли этот край стороной. Лишь однажды сюда заехал взвод гитлеровских автоматчиков и, назначив старосту из местных активистов, укатил на мотоциклах пшеничными полями восвояси. Немцы наведывались в деревушку изредка, лишь для того, чтобы удостовериться в том, что приказы Третьего рейха доходят и в эту русскую глухомань и исполняются в точности."

"В этой местности не было ничего необычного, вот разве что небольшое озерцо, заросшее по берегам высоким густым камышом, в котором водились крупные золотистые караси. Вот они-то и славились на всю округу. Особенно хороши они были в копченом виде, и всякий покупатель не жалел на них припрятанного рублика.