Лисы (ЛП)

– А ты должен быть Домиником. Ты не можешь и дальше притворяться, что его нет. Такое нельзя отсечь от себя или заставить исчезнуть.

Он кивает, смаргивая слезы.

– Я знаю, – отвечает тихо, хотя выглядит так, словно предпочел бы не знать. – Но я не хочу садиться в самолет, зная, что ты со мной не летишь. Я боюсь, что никогда больше тебя не увижу. Я лучше сбегу и буду с тобой. Все равно, где.

– В нору вернуться нельзя. Ее заняли лисы, – пытаюсь я пошутить, но настроение у Мики не поднимается. – Ты дождешься меня? – шепчу.

Я достаю из кармана письмо, которое оставил мне Дитрих, и мы вместе читаем его.

– Значит, они хотят дать тебе комнату у себя в доме? – спрашивает Мики.

– Как только какая-нибудь освободится. А пока Диана договорилась, чтобы я временно пожил в одном хостеле. – Мои руки дрожат. – Он не похож на хостелы, в которых я был раньше. Там люди, которые правда хотят мне помочь.

– Я хотел бы сам тебе помогать.

– Ты уже мне помог… и поможешь еще. Ты снял с моего неба крышку… ты подарил мне надежду и… кажется, я хочу делать то же самое для других. Диана думает, я могу найти работу, связанную с помощью людям. – Чтобы разговаривать с ними на улицах, помогать им понять, куда пойти и что делать.

Пока Диана мне не сказала, я и не знал, что существуют такие работы. Что есть благотворительные организации, которые поддерживают бездомных, места, где для работы с ними нужны люди вроде меня – люди, которые понимают, как это тяжело, которые сами жили на улице и у которых есть сложности с простыми для остальных обыденными вещами. Не охота на акул, но, как сказала однажды Донна, всех акул переловить невозможно. Да и много ли я принес этим пользы? А так я, по крайней мере, смогу дать знать тем людям, которым угрожает опасность, что у них есть выбор.

У жизни есть зубы, и единственное, что нам остается, – постараться не дать себя укусить.

– Все будет хорошо, обещаю, – шепчу я.

– Тогда поцелуй меня, – шепчет Мики в ответ, а после приникает к моим губам.

Приземляясь в Нью-Йорке, я чувствую, будто уже знаком с этим городом. Микины усилия, когда он тратил бесконечные часы на видеочаты со мной и водил меня на прогулки по городу, не пропали даром. Путь от терминала до электрички, а потом до метро, впрочем, кажется незнакомым: пугающим, но не слишком. Мики раз двадцать, наверное, проходил этот путь вместе со мной, сидящим в Англии на кровати.

Всю беготню Мики проделал сам.