Двойные листочки (СИ)

Но Ваня никому не мог признаться, что основная причина, по которой его тянуло в школу, была совсем другой. Больше всего Ване не хватало Яны. Он отчаянно по ней скучал. По её урокам, милой улыбке, по их разговорам, по шлейфу её сладковатых с горчинкой духов.

Ванина электрогитара осталась в школе, поскольку в последний учебный день он провожал Яну с акустикой на плече. Так что на этих каникулах тихие переборы стали аккомпанементом к Ваниным мыслям. Мысли были пугающе романтичными и очень счастливыми. Ваня, наверное, никогда ещё не чувствовал такой лёгкости на сердце. Очевидно, совсем ошалев от эйфории, за несколько дней до конца каникул Ваня не выдержал, схватил телефон и напечатал Певцову: «Я согласен». После этого он прислушался к ощущениям, ожидая укола совести или сомнений: правильный ли сделан выбор. Но он чувствовал только радость. Значит, всё правильно. Значит, так и должно быть, и каким-то неведомым образом сама судьба закинула его в эту школу и именно в этот класс, чтобы дать ему шанс остаться. Они будут поступать к Зиновьеву. И они поступят, по-другому просто не может быть. Ваня расплылся в ухмылке. Певцов, должно быть, упадёт в обморок, когда прочитает.

Еле дождавшись конца каникул и оказавшись, наконец, в школе, Ваня вдохнул знакомый запах чистого и пустого первого этажа и почувствовал, как внутри разливается тепло, — он предвкушал отличный день.

Как обычно после каникул, школа казалась особенно шумной и суетливой, но сегодня Ваню это только радовало. Уроки шли своим чередом, двойки на математике валились на них в стандартном количестве, и ничего не выбивалось из обычного распорядка понедельника, пока, наконец, ребята не столпились перед кабинетом русского языка. Ваня стоял прямо под дверью в ожидании, когда Яна откроет и, как обычно, пригласит их в класс. Интересно, в чём она сегодня? Чаще всего она выбирала строгие платья или юбки с рубашками, но иногда умела удивлять. Её костюм цыганки на Хэллоуин… Этот костюм до сих пор иногда ему снился. Ваня отбросил мысли о костюме, в очередной раз переступил с ноги на ногу и посмотрел на часы. Вот-вот будет звонок. Через две бесконечно долгие минуты он прозвенел, к Ване присоединились одноклассники и, неожиданно, к кабинету русского подошла их классная, Марина Викторовна, с ключом в руках.

— Одиннадцатый «А», проходим! — сказала Мариша, запуская их в тёмный кабинет.

Войдя внутрь, Ваня сделал вдох — пахло мебелью, книгами, кабинетом. Но не духами. Значит, Яны нет с самого утра. Где-то в груди шевельнулось волнение. Когда Ваня её провожал, она была без шапки, он предупреждал её, что так и заболеть можно, даже шарф свой отдал.