Лисий капкан

– Да один парень решил подкатить ко мне, а Сокол отшил его.

– О-о-о, мать, я тебе вот что скажу: Сокол ни-ког-да, слышишь, никогда ни за кого, кроме матери и Оксанки, впрягаться не будет. Я его как облупленного знаю! А тут… Тут даже больше чем интерес. Похоже, Сокол в тебя втюрился, причем сильно. Зуб даю! Могу у брательника спросить.

– Да ладно тебе, Ритка, ничего не втюрился. Просто мимо пробегал, когда мне дорогу преградили.

– Ты видела его лицо? Какой он злой был? Когда только начал с Оксанкой встречаться, у нас на даче вечеринка была, там к Черняевой тоже парень подкатывал. Вот точно такое же лицо было у Сокола, когда он ему по роже съездил. А через какое-то время ему вообще пофиг стало, кто там к Черняевой подкатывает, он даже не впрягался. Черняева сама жаловалась Алёне, что мечтает его на ревность вывести, чтобы стал таким, каким был, когда только начали встречаться. Драться за нее лез.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь. Черняева слишком эффектная, чтобы он вот так просто переключился с нее на меня.

– Ой, я тебя умоляю. Ты себя в зеркало видела вообще? Вполне себе здоровая конкурентка Оксане! – Потом Ритка задумалась. – Что очень-очень плохо… Она ж тебе жить спокойно не даст. Ладно, что-нибудь придумаем.

– Коваленко и ты… вторая! – крикнул преподаватель. – Разговоры закончили!

– Вторая, – хихикнула Ритка.

– У тебя новая фамилия, – посмеялась я.

* * *Остальные лекции читали в другом корпусе. Поэтому мне больше не удалось с ним увидеться. Вечером тоже не увидела его машину во дворе. Когда проснулась, сразу выглянула в окно – машины так и не было. Неужто помирились с Черняевой и он ночевал у нее?

Глава 15

На следующий день мы несколько раз пересеклись в универе. Первый раз в коридоре. Сокол был один. Мы поздоровались и улыбнулись друг другу. Второй раз на крыльце. Он стоял со своей компанией, а на его шее висела Черняева. Все-таки помирились… Ну ничего. Я обязательно придумаю, как сделать так, чтобы он забыл свою блонди и влюбился в меня без памяти.

Сразу после занятий поехала в Ярославль. Очень соскучилась по родителям и Максу и, самое главное, пока мне удавалось скрывать, что сдала бабулину квартиру незнакомым людям. Чувствую, придется срываться в Ярославль каждый раз, когда родители надумают приехать в гости.

Мой цвет волос вызвал, мягко говоря, шок у родителей и восторг у Макса и Алины. Мама сначала поругала за то, что я закрасила свой русый и теперь в жизни не добьюсь такого роскошного, как был (цвет мышиной шерсти для мамы являлся роскошью), а потом признала, что изменения пошли мне на пользу. И макияж, и стильная одежда, а не мешковатая, как я любила раньше.

– А Вологда из Мирки сделала прям столичную штучку! – восхищался папа.

– Там все такие модные? – выспрашивала Алина.