Лисий капкан

Я притворилась богатенькой дурочкой и невинным голоском впаривала, что мой отец, подполковник полиции, сделал подарок любимой доченьке на день рождения. А доченька в первый же день умудрилась влепиться в фонарный столб. Папа будет очень сердиться и гневаться. Поэтому она готова заплатить любые деньги. Ребята, с осторожностью поглядывая на дочь подполковника, вправляли капот и тонко намекали, что не нужно, чтобы об их нелегальном бизнесе кто-то узнал. Я кивала, приложив руку к сердцу и с пониманием слушала, как нелегко дается заработок в маленьком городке, что приходиться открывать подпольные мастерские."

"В воскресенье я весь день следила за новостями по телеку и в городских сообществах со своей тайной странички ВКонтакте, но нигде не было новости об убитом парне. Это показалось мне странным. Мне не нравилась эта тишина. Казалось, что сейчас именно против меня зреет какой-то заговор. Полиция меня вычислила и теперь готовится к захвату. Может, мой антирадар не уловил камер? Может, кто-то видел, как Сокол садился ко мне в машину? Может, я не успела остаться незамеченной в лесополосе, а кто-то из местных видел зеленый «Мини-Купер»? Господи, пускай уже эта новость прогремит во всех новостных сводках. Но только не молчание! Молчание – призрачная тьма, в которой много тайн, секретов и заговоров.

Я ругала себя за то, что всё сделала не по плану. Должно было быть так: сначала я должна была подсыпать ему в вино сильнодействующий транквилизатор, он начал бы действовать примерно через пятнадцать минут. Тело должно было перестать его слушаться, но при этом мозг был бы способен улавливать всю информацию. И тогда я смогла бы приступить к выполнению второй части плана: связать ему руки, показать фото девочки Миры и рассказать ему историю, как эта девочка выживала всё это время, как едва не покончила с собой и что теперь она стоит прямо перед ним. И еще она никогда не испытывала к нему никаких чувств, кроме ненависти. И заключительная часть: накинуть ему на шею веревку, задушить, а тело утопить в озере.

Я не должна была светиться в автомастерских, а его тело не должны были бы найти так быстро. Из-за всего этого моя душа внутри билась, отсчитывая часы моей свободы, и призрачным голосом шептала: «Поймают, обязательно поймают. Скоро уже придут. Они скоро за мной придут».

Вечером я не сдержалась и набрала Ритку. Ее голос показался мне очень странным, тихим, словно она что-то недоговаривала. Когда я спросила у нее, как прошли выходные, она ответила: «Да как сказать…», но не продолжила. Она не спросила, как я отметила днюху с родственниками, не спросила, понравился ли ее подарок, заеду ли я за ней завтра утром. И вообще, показалось, что ей не до меня. А еще послышалось, что на заднем плане звучали тихие голоса нескольких людей.