Лишняя. С изъяном

Смещать их и нанимать новых никто не собирается, (чтобы они не боялись конкуренции и не завернули какую-нибудь талантливую кулинарку), а хорошее продуманное меню в их же интересах. Большая зарплата будет всем.

Убедившись, что меня поняли, я переключилась на одежду.

Тут я хотя бы знала, что мне нужно, и этого наверняка местные еще не видели и не придумали.

Ближе к вечеру к нам присоединилась Лалика. Ей было любопытно, что же я такое затеваю, но спросить напрямую не позволяла гордость и необходимость поддерживать собственный авторитет, поэтому она молча и очень внимательно за мной наблюдала. Да на здоровье! Пока не мешает – пусть следит. Ей же потом самой справляться, если все пройдет по плану."

"Поток женщин не иссякал. Я делала пометки напротив любезно составленного поварихой списка, который уже занял не один лист, а целую стопку. Каких-то помечала как запасных, несколько особо талантливых сразу загрузила работой. Не я же буду бегать ткань выбирать – у меня других дел непочатый край.

Чем больше я выслушивала кратких биографий соискательниц, тем яснее понимала, что для женщин в этом мире работы практически нет. Если ты не стираешь, не готовишь или не шьешь, тебе прямая дорога в бордель. Даже горничные и гувернантки были морально готовы к приставаниям со стороны хозяев, так что до нас им рукой подать.

Пекари, писари, продавцы, владельцы любого бизнеса – мужчины. Чаще всего аристократы, особенно если бизнес прибыльный и крупный, вроде фабрики, но и управляющие, и наемные работники все равно были мужского пола. Женщинам оставалось ждать мужа домой с зарплатой, а платили простым людям здесь так, что обнять и плакать.

Получался замкнутый порочный круг.

– Кружево, шитье, готовка? – привычно пробормотала я, занося карандаш над бумагой напротив очередного имени.

– Я умею очень быстро писать, – пробормотала женщина едва слышно.

Мне даже сначала показалось, что мне показалось.

– Насколько быстро?

Я рукой придержала уже собиравшуюся подать знак выводить претендентку Лалику.

Вместо ответа женщина достала из сумки блокнот и карандаш. Я прищурилась.

– Как тебе мысль, если мы наймем ее для стенографии происходящего в гостиной? В том представлении, что я запланировала на эту неделю, нам бы пригодилась запись.

– Стено-кого?.. – растерянно переспросила Лалика.

– Стенография. Это специальная система значков, которой писать можно быстрее, чем буквами.

– А зачем она нужна? Воздушники могут писать сразу тремя или даже пятью карандашами, чисто и аккуратно.

Я заметила, как женщина поникла плечами, но упорно продолжила черкать в блокноте. Наверное, не раз слышала подобные доводы и все равно тренировалась, развивала свою систему.