Земля лишних. Трилогия

Никакого другого шевеления на заправке не происходило. Но все же повышенная активность Патрульных сил чувствовалась – несколько раз за те тридцать минут, что я поджидал Катю, по дороге проехали в обоих направлениях «хамви» с пулеметами на крыше и пару раз – «Лендроверы» с гербами Ордена на дверях. Похоже, что и мои «коллеги» по Отделу специальных проектов засуетились. Только у Отдела автомобили серого цвета. А почему бы и нет? Разведка и контрразведка должны были осуществляться Отделом, когда он превратится в дееспособную организацию, – вот им и практика.

Катя появилась ровно через тридцать минут после моего звонка. Короткобазный «девяностый» с орденскими гербами зарулил на заправку, подъехал к колонке с дизельным топливом. Мне было прекрасно видно из моего укрытия в кустах, как Катя вышла из машины – все в том же наряде, тоненькая, но в массивных ботинках, рука на кобуре на поясе. Это, скорее всего, нормальный женский инстинкт – опасаться пустынных ночных заправок, пусть и в безопасном месте. Я сразу же покинул свою позицию в кустах, перебежал к задней стене магазинчика и присел в темноте. Катя меня заметила, но виду не подала. Я услышал, как из магазина выбежал давешний служитель, и Катя потребовала от него залить полный бак. Я аккуратно выглянул из-за угла. Катя оглядывалась вокруг, а заправщик склонился возле заднего крыла машины со шлангом. На дороге было тихо.

На фасаде были две видеокамеры, направленные на колонки. Не думаю, что в этом была необходимость: просто заправку в полном комплекте притащили через «ворота» и так собрали, с камерами и мониторами. К тому же это было удобно при взимании платы, если заправлялось несколько машин одновременно. Однако я понятия не имел, ведется ли там запись с этих камер. Надо исходить из того, что ведется, – отсюда и план.

Заправщик закончил с ее машиной, взял деньги и пошел обратно в магазин. Катя села за руль, завелась, отъехала от колонки, а затем тормознула, встав так, что в объектив камеры мог попасть лишь левый борт внедорожника. Дверь открылась, девушка вышла наружу и склонилась над сиденьем, как будто пытаясь отыскать под ним нечто, что она уронила. К этому времени я уже совершил рывок к машине, одновременно с ней рванул правую дверь – и проскользнул внутрь, скорчившись за спинкой переднего сиденья. Катя кивнула мне, подняла с пола якобы выроненный бумажник, убрала его в задний карман джинсов и села за руль. Двери мы захлопнули одновременно. Машина вновь тронулась с места и вырулила со стоянки.

– Ну привет. А зачем столько сложностей? – спросила она, не оборачиваясь.

– Это из-за моей паранойи, – ответил я. – Не хочу допускать даже малой вероятности быть обнаруженным.