Земля лишних. Трилогия

Именно этот взрыв должен был заставить повернуть головы патрульных в машинах, и сейчас их начали убивать окружившие их переодетые егеря, стреляя в затылки пулеметчиков и прямо через их люки забрасывая РГН в машины. Машины-то бронированные, ни осколочка не вырвется наружу, всем, кто внутри, – хана сразу.

Еще этот взрыв заставил контролера в холле повернуть голову, и он получил пулю в затылок из пистолета с глушителем от Луиса. И этот же взрыв послужил сигналом для Дмитрия, стоящего прямо в дверях в дальнем конце коридора и целящегося в открытую дверь караулки из «Шмеля». Я знал об этом, поэтому заткнул уши ладонями, открыл рот и присел за массивной стойкой с аппаратурой. Грохнул тяжкий выстрел, и через доли секунды донесся страшный, словно кувалдой по всему мирозданию, взрыв за стеной. Посыпались лампы дневного света с потолка, штукатурка со стен, погасли все до единого мониторы камер слежения."

"Снаряд из РПО-А по мощности взрыва равен фугасному из танковой пушки, только он еще и термобарический. Сначала из разорвавшегося снаряда по помещению разлетается облако аэрозольного взрывчатого вещества, а потом оно детонирует. Температура в области взрыва подскакивает до трех тысяч градусов, а давление зашкаливает все мыслимые пределы. Уцелевшие при таких взрывах бывают, но редко, и всегда – при взрывах на открытой местности, не в помещении. Капитальная бетонная стена между мной и караулкой устояла, но кто мог уцелеть там, куда угодил снаряд, – не знаю. Никто, скорей всего.

Я знал, что в этот момент егерские снайперы с «Винторезами» прямо из дверного проема «Сессны» расстреливают часового возле вертолетов, а патрульные вездеходы уже, скорее всего, обезлюдели. Бонита уже разнесла ретранслятор, сменила магазин и собирается вести огонь по антенне радиолокатора. Маноло и Карлос заблокировали коридоры второго этажа и готовы расстрелять все, что попытается туда высунуться. Дмитрий отбросил пустую трубу РПО и вскинул к плечу помповый гранатомет, придуманный специально для зачистки помещений. Я же забросил ПСС в один из подсумков, сдернул с плеча «девятку», откинув плечевой упор, и, взяв автомат на изготовку, вышел в коридор. Глянул в сторону караулки, махнул рукой Дмитрию – мол, «продолжаем по плану».

В караульном помещении висел серый дым, смешанный с бетонной пылью, все было разнесено, мебель раздавлена и изломана ударной волной. Кругом были очаги маленьких пожаров, на полу вперемешку валялись топчаны, тела убитых, их оружие. На многих горела одежда, запах крови пробивался даже сквозь гарь.

Я вошел в караулку короткими шагами, высоко поднимая носки, не опуская автомата ни на секунду. Это было помещение бодрствующей смены, за дверью – помещение отдыхающей.