Земля лишних. Трилогия

Из мякоти плода делался невинный слабоалкогольный напиток, хоть и проигрывающий по качеству именно той самой «бразильской вишне», а вот из косточки выделялся наркотик не слабее ЛСД и со страшным эффектом привыкания.

Росли «сонные» кусты исключительно в болотистых низинах, поэтому главным местом их выращивания стала дельта Амазонки. И там, в сырой сельве, находилась работа для егерей и легкой пехоты, но, по крайней мере, эти бандиты были умнее и не пытались атаковать проходящие по рукавам дельты бразильские и русские суда. Зато было известно, что эти банды покупали у чеченцев рабов для работы на плантациях и расплачивались за них наркотиками. Значит, у чеченцев постоянная система сбыта наркотиков имеется. А у бандитов спрос на рабов был высок, потому что в ядовитом климате дельты Амазонки ни один раб дольше года не протягивал. И прибыль оставалась, и оружие они покупали, и вообще не бедствовали. Значит, наркотиков продавалось очень много, и куда же они все уходили?

Я открывал папку за папкой на диске, в конце концов почувствовав, что начинаю тонуть в этом объеме информации. К счастью, в этот момент Владимирский сообщил, что общая проработка операции у них готова, готов докладывать и отвечать на вопросы.

Идея операции была продумана толково, сохранность тайны встречи гарантировалась процентов на девяносто, если прикидочно. Все выглядели уставшими и решили сходить пообедать. Мысль об обеде напомнила мне об «обмывании» звания и должности. Нашел в справочнике телефон «Портупеи», дозвонился, заказал столик на одиннадцать вечера, после чего начал обзванивать всех, кого собирался пригласить. А потом пошли наконец обедать.

Территория России, протекторат Русской Армии, Пункт постоянной дислокации. 40-е число 5-го месяца, пятница, 23:00

За обедом старались о деле не говорить. Вниманием завладела Мария Пилар – видимо, совершенно рефлекторно. Болтали обо всем на свете и ни о чем в частности. Владимирский наконец сознался в корнях своей врожденной интеллигентности. Как оказалось, он из семьи гуманитариев, папа был литературным критиком, мама преподавала романо-германскую филологию в МГУ. Сын же пошел в технический вуз, окончил, попал в армию «пиджаком», в бригаду специальной разведки специалистом по связи. Навалилась первая чеченская, «пиджак» стал ходить «на войну» с группами, блеснул способностями и умом. Вскоре о «пиджачном» происхождении его забыли, репутация хорошего бойца и человека, с которым связь есть всегда, при любом рельефе местности и любой погоде поставила его в один ряд с лучшими молодыми офицерами. Затем была вторая чеченская, Владимирский отбыл на ней всю активную фазу боевых действий, вернулся из командировки в часть, ну а дальше мы уже знаем.