Лишнее золото. Судьбы цвета хаки

 – Эфиопы, Карим! Это они, черт бы их побрал, основали пиратские поселения! Два племени, Дарод и Исаак, которые постоянно враждуют между собой. Бесконечная война! Бывали случаи, что корабль захватывали несколько раз! Сначала его берет на абордаж одно племя, а потом, когда пираты уже празднуют победу, приходят их соседи, и все начинается по новой. Однажды пираты из одной дародской деревни захватили судно. Небольшую посудину, нагруженную скобяными товарами. Пока грабили – появились их конкуренты и предъявили свои довольно весомые аргументы в виде нескольких крупнокалиберных пулеметов. Силы были примерно равны, а договориться не получилось.

– И чем дело закончилось?

– Команду посадили в шлюпку, а судно затопили вместе с грузом. Чтобы ни одному племени не было обидно.

– Интересное решение проблемы…

– А чего ты ожидал от этих придурков? В общем, эти парни никогда не успокоятся! Мне рассказывали, что они принесли эту вражду из Старого Света. Кровная месть, в их понимании, сроков давности не имеет. Мусульмане…

– Мусульмане-сунниты, – уточнил Карим.

– Да, черт побери, они самые… – кивнул Майкл и спохватился. – Карим, я надеюсь, ты не примешь это на свой счет. Я ничего не имею против нормальных мусульман.

– Все в порядке, Майкл, – усмехнулся Шайя. – Я тоже не люблю фанатиков.

– Мне бы не хотелось оскорбить твои чувства…

Нардин-старший посмотрел на Беннета и покачал головой: Майкл так и остался техасцем, до мозга костей. Он до сих пор тянет гласные в словах, и нет в его понимании сильнее обиды, чем та, которую можно обозначить: «Ты оскорбил мои чувства».

5 год по летоисчислению Нового мира.

Портовый район Виго

– Что вы себе позволяете?! – визгливо закричал толстяк, размахивая перед нами пухлыми ручонками, в которых держал стопку документов. Он долго тряс этими бумажками, а потом швырнул их на письменный стол, да так, что эти незаполненные накладные разлетелись в разные стороны.

Несмотря на кондиционер, в кабинете было жарко, и личико нашего собеседника блестело от пота. Он перевел дух и продолжил:

– Я жаловаться буду! Свяжите меня с вашим начальством! Немедленно!"

"– Смотри ты мне, – хмуро буркнул Шайя. Он присел на край письменного стола и лениво покачивал ногой. – Жаловаться он будет… Ты слышал, Медведь, – жаловаться!

– Кошмар. И куда катится этот мир?

– А давай его застрелим? – предложил Карим. Он скользнул взглядом по застывшему толстяку и положил руку на кобуру. – Потом напишем в отчете, что угрожал.

– Только угрожал? – уточнил я.

– Нет, почему же… Напал и начал зверски избивать.

– Думаешь, смог бы?

– Этот? – Алжирец смерил взглядом визави. – Еще как! Знаешь, эти толстяки только на вид добрые. А как драться начнут, все – туши свет.