Лишнее Золото-2

Потом неожиданно рявкает, как наш капрал в Кастельнодари. — Нардин! Сдать оружие!

Судя по его виду, этот болван не шутит. Нет, я конечно могу отдать ему оружие и разойтись тихо и мирно. Он пойдёт дальше пить, а я? Сидеть под замком, пока наши не проснуться? Не самый лучший вариант, вместо заслуженного завтрака.

— Пойди проспись, — я ещё пытаюсь договориться, но судя по его, налитым кровью глазам, он меня не слышит. Ему пострелять захотелось.

— Сдать оружие!

Выстрел! Пуля бьёт в землю рядом с моим ботинком, поднимая облачко пыли. Ничего себе! Староста пытается что-то сказать, размахивая пистолетом, но я уже слышу."

"Ухожу влево, разворачивая тело боком и рву пистолет из кобуры. Выстрел! Мягкий толчок отдачи и староста дёргается. У сорок пятого мягкая отдача. Это вам не резкая люгеровская девятка. Только в детективах, с бумажными обложками сорок пятый «лягается как слон». Ещё два быстрых выстрела и тело валится на землю. Бесформенно и мёртво. Как мешок с навозом. Делаю шаг и чувствую боль в ноге. Твою мать! Этот придурок успел перед смертью нажать на спусковой крючок и выстрелить. И даже попасть. Снайпер придурошный! Выпущенная им пуля попала в застёжку набедренной кобуры и ушла в сторону, распоров мясо на внешней стороне бедра.

Его попутчик, тот самый, с кожаной папкой, смотрит на убитого старосту. Большими, круглыми от удивления глазами. Смотрит и прижимает к груди папку с документами, словно загораживается ей от пули. Вот идиот! Я даже и не думал в него стрелять. Он то здесь при чём?

Разбор «полётов» был коротким. Мне повезло — всё происходившее на улице, видела семья поселенцев, живущих по соседству. Кстати, они даже удивились, — какого дьявола я так долго уговаривал убитого старосту. По словам мужчины, — стрелять надо было раньше. Так или иначе, но в посёлке придётся проводить новые выборы. Хотя… Это уже дела поселенцев. На решение Демидова, уйти из посёлка, эта смерть не повлияет.

— Видишь, с чем приходится работать? — кивает Демидов и горестно отмахивается. — И вот таких идиотов, в посёлке, больше половины. А ты ещё спрашиваешь, почему мы уходим? Потому, что большинству нужна не свобода, а царь. Добрый и глупый. Который разрешит пить и воровать деньги. Идиоты. Допустит несколько таких придурков к кормушке, а те, долго не думая, поставят вертухаев, чтобы остальные пахали на чужого дядю. Задавят и заставят пахать. На Орден. И назовут это дело дерьмократией, мать их так…

— Ладно, не кипятись. Всё хорошо, что хорошо заканчивается.

— Дырка в ноге, это нормально? А если бы во лбу дырку нарисовал? Оно тебе надо?

— Закопали бы.

— Его бы точно закопали. Живьём, — добавляет Демидов. — Но и тебя бы похоронили. Эх, дела наши тяжкие…

Рану в бедре залатали. Если честно, я бы и Лену не звал.