Отпусти - это всего лишь слово (СИ)

От его движений я скользил по столу животом, распластанный как обессиленная рыба, позволяя задирать себя, двигать как ему удобно, развернуть, толкнуть. 

Ноги на плечи, голой задницей на журнальчик. 

А Саньке? Саньке было похеру. Он просто занимался тем, что истязал меня языком на столе, и прекращать сука не собирался.

- Саня, выеби меня - Единственное на что хватило жалких сил, скроговоркой прохрипеть эту фразу. 

Сан выпил меня удерживая за бёдра, пока я не перестал содрогаться, не откинулся назад тяжело дыша, понимая, что всё бля пиздец. 

- Саня фуууу - Я скривился убегая - Гадость бееее

- А мне нравиться - тихо шепнул он. - Я тебя люблю, Ник. 

Наверное в этот момент мне следовало сказать: Я люблю тебя тоже, но я просто слабо улыбнулся и провёл рукой, по его мокрым волосам, выразительно покосившись на член, стоящий так, что спортивные штаны пошли влажными пятнами. 

- А ты? - выразительно спросил я. 

Странно, что никто не пришёл в этот момент. Я найдя в себе силы усердно полировал Санькин клинок, и в отличие от меня Сан не орал и не матерился как припадочный. 

Дышал чуть глубже, слегка постанывал. От звуков этого голоса у меня крышу рвало. Поглаживал за загривок, ласково ероша пряди, и кончил тихо, почти неслышно, задышав чаще, подавшись навстречу и судорожно стиснув за волосы.

Я наклонился и не долго думая, влил Саньке в рот его же собственную сперму, вовлекая в поцелуй. Саня проглотил не дрогнув, посмотрел потрясающими глазами, а затем выпрямился поймал в прыжке и со всей дури налупил по голой заднице. Бац.

- Пиздёныш. Мелкий. 

- Пусти, обезяна волосатая - возмущённо ввыл я, умудряясь материться и сопеть - За что боролся. 

- На то и напорося - хохотнув Санька наклонился и чмокнул в то место где осталась яркая пятерня - Ники, ты бы хоть спасибо сказал. 

- Между прочим это ты меня поранил - сладко напомнил я вбивая мощную такую гвоздярю по Сашкиной совести. 

- И что мне с тобой делать? - уныло спросил Дениел.

- Холить и лелеять - блаженно посоветовал Гарфилд раскидывая лапы и шумно отрыгнул.

Нас побеспокоили лишь в тот момент, когда мы с Саном не только успели одеться и привести тренерскую в порядок, но и даже проветрить и покурить в форточку. 

Оказывается Шекспир был геем. И большинство его сонетов были посвящены любовникам, которых по словам Сана у него было не так уж много, но достаточное количество. Творческие люди вообще имеют привычку влюбляться. Санька потрясающе рассказывал. Нам надо было подняться и уйти домой, тем более, что уроки закончились, а мне так не хотелось вставать и покидать его ноги, что я просто уткнулся в него и лениво протестовал, в ответ на все уговоры, что если мы поднимемся и передислоцируемся в более удобное место, то хорошо от этого будет всем.