Лисье золото

– В этом затхлом склепе, братец, куются золотые монеты, которые ты так бездарно тратишь в большом мире, – отозвался Тихон, делая осторожный шаг к Клавдии. – Добрый вечер!

Он не стал ни обнимать, ни целовать Клавдию, а лишь сухо кивнул в ответ на её ироничную, все понимающую улыбку.

Клавдия хоть и была полноправным членом семьи, но многие, если не все, считали её плодом юношеской невоздержанности Луки Демьяновича, полукровкой, которой позволили оставаться в Логове исключительно из гуманистических соображений, но никак не из соображений справедливости. И если остальным хватало ума и такта не подавать вида, то Тихон, ратующий за чистоту крови, никогда не скрывал своего отношения к женщине, которая лишь по какому-то чудовищному недоразумению считалась его родной тетушкой.

– Не вижу Таси, – сказала Клавдия, оглядывая гостиную. – Надо полагать, моя сноха не нашла возможности прервать своё просветление ради такой мелочи… – Она не закончила фразу, потому что взгляд её узких черных глаз уперся в пышный бюст приближающейся Элены.

– Здравствуй, Клава, – сказала Элена с нескрываемым презрением. – Не думала, что ты явишься.

– Здравствуй, Лена, – с убийственно вежливой улыбкой процедила Клавдия. – Не думала, что увижу тебя здесь.

– А где ж мне ещё быть? Я теперь тут всему хозяйка. – Элена вздернула подбородок.

– Не говори «гоп», пока не перескочишь, баба Лена! – Хмыкнул Демьян. – Тут таких хозяев…

– А со мной поздороваешься? – послышался из темноты хрипловатый голос Мириам.

– И ты здесь? – Клавдия улыбнулась, обнажая мелкие, острые зубки, точно такие же, как у Акулины.

– А где ж мне ещё быть в столь скорбный час, как не со своей семьей?

В темноте, как путеводный маяк, вспыхнул огонек зажигалки. Потеряв всякий интерес к Элене, Клавдия двинулась на его свет.

– Ещё одна родственница выискалась… – простонала Акулина.

– И я тебя люблю, детка! – послышалось из темноты, которая уже почти растворила в себе миниатюрную фигуру Клавдии. – Рада видеть тебя, Клава."

"Они не услышали, что ответила Клавдия, из-за очередного раската грома, а когда она вышла из-под завесы тьмы, вид у неё был мрачный и сосредоточенный одновременно. Двинулась она прямиком к Алексу, который едва успел обменяться рукопожатиями и парой фраз с дедом и Оленевым.

– Как ты, мой мальчик?

Клавдия обвила шею склонившегося над ней Алекса крепкими и цепкими руками, заглянула в лицо, окатив тонким ароматом каких-то экзотических, явно сделанных на заказ духов.

– Я норм, а как ты? – Алекс улыбнулся. Пожалуй, Клавдия была единственной, не считая деда, кого он был по-настоящему рад видеть.

– Думала, будет хуже. – Клавдия разжала пальцы, легонько царапнув его по загривку остро заточенным коготком.