Липовый мед

Подошла вторая сессия, оказалось, что журналистика, как профессия, не так и привлекательна.

Костя узнавал её изнутри и понимал, что не хочет всю жизнь писать статьи по заданию редакции. Не хочет обдумывать каждое слово, надеясь, что его не уволят. А ещё он понял, что никому не сможет позволить заставить его говорить то, что надо. Несмотря на нелюбовь к профессии, Костя не отказался, когда его взяли в штат — денег всё же стало больше. И мечта о съёмной квартире приблизилась."

"Благодаря постоянной беготне на своих двоих или на метро и ночной выгрузке на вокзалах Костя раздался в плечах и окреп. Ему не было нужды ходить в зал (да и денег на это не было), но мало кто из женщин мог спокойно проводить взглядом высокую подтянутую фигуру, особенно, когда футболка облегала каждую мышцу на его спине. Костя ни с кем не конфликтовал, обаятельно улыбался и обжигал взглядом, но на отношения времени не было. Образ Алисы тускнел, всё ещё оставаясь мечтой, которая отдалялась с каждым днём всё дальше. И, когда появилась, наконец, возможность съехать от дяди, оказалось, что прошло два года. И за эти два года он так и не написал ей ни строчки. Был ли смысл ехать теперь? Куда возвращаться? Какая девушка стала бы ждать его после двух лет тишины? Он не считал Алису святой, а жизнь диктовала свои правила.

Через год Костя поменял направление и ушёл на факультет экономики в журналистике. Перешёл на вечернее, чтобы получить больше знаний. И там как раз познакомился с Игнатом. Весёлый парень из Петербурга, отчего-то решивший бросить всё, оставить северную столицу и покорять Москву. Они сошлись сразу, особенно, когда Костя узнал, что Игнат живёт в общаге, до которой добираться каждый день по три часа туда и обратно на всём возможном транспорте, начиная от автобуса и заканчивая электричкой.

— Не хочешь снимать квартиру вместе? — предложил Костя, когда они впервые решили обмыть сданный экзамен.

— Брат, ты меня прости, — Игнат замялся и уставился в стакан. — Но я не из таких. Я по девочкам.

— Не понял? — нахмурился Костя.

— Ну, ты же жить вместе предлагаешь. — Игнат глубоко вздохнул и твёрдо посмотрел Косте прямо в глаза. — Я не гей, проясняю сразу.

— А с чего ты взял, что я из таких? — осторожно спросил Костя.

— А что, нет разве? — распахнул глаза Игнат. — Ты серьёзно сейчас? Я всегда думал… Знаешь, всегда один, одеваешься неброско, но стильно. И такой всегда весь, причёсанный, надушенный…

— Ещё скажи: накрашенный, — хмыкнул Костя и потянулся за графином водки, что стоял на столе. — Тебе бы тоже следовало того, — он обвёл его силуэт в воздухе пальцем, — за собой следить. Для себя хотя бы.

— Меня и так любят, — хмыкнул Игнат, запустив пятерню в копну густых тёмных волос.

— Так что, снимем квартиру? Вдвоём можем и двушку потянуть.