Лётчик

И по загрузке, и по лётным характеристикам. Самолёты Сикорского на поплавках с ним даже рядом не стоят.

— Интересно, — Дудоров быстро глянул на адмирала и прошёлся к окну и обратно. Остановился на прежнем месте, заложил руки за спину, наклонил голову вперёд, словно бодаться собрался. — О гидропланах Сикорского мы чуть позже поговорим. Пока меня больше интересует ваш доработанный «Ньюпор». Вы ведь и к нему свои руки и голову приложили? Насколько я знаю, все изменения в конструкцию именно вами предложены?

На этот раз я решил плечами не пожимать. Только ответить нужно как-то… Хитро, что ли? Чтобы акцент общего внимания переключить на кого-то другого. На кого? Ага!

— Да, мною. Но я не смог бы ничего сделать, если бы не помощь директора завода и полковника Глебова. Именно благодаря их личному участию и увидели свет эти мои, как вы сказали, изменения в конструкции. Надеюсь, вы об этом знаете?

— Да, об этом докладывали. Однако вернёмся к нашему предложению. И не спешите сразу отказываться, сначала дослушайте до конца и подумайте хорошо. В таком деле торопиться нельзя. Александр Васильевич, — короткий взгляд на Колчака, — характеризовал вас как опытного, вдумчивого и бесстрашного офицера. Об этом и ваши дела, и награды свидетельствуют. Постарайтесь оправдать такую его характеристику и доверие.

Что же он так настаивает? И адмирал молчит, только посматривает в нашу сторону периодически, а сам бумагами на столе якобы занялся. Колчак вообще к шкафу отвернулся, стоит вполоборота. И где Остроумов? По идее, он тоже должен в этом кабинете находиться, всё же я в его прямом подчинении нахожусь.

— Надеюсь, вы знакомы с воздушными гигантами Сикорского?

Кивнул коротко, все о них слышали.

— Хорошо, что знакомы. В Либаве как раз перед войной проходил испытания опытный образец такой машины. Сообразили? Вижу, что сообразили. Да, новый гидросамолёт. И показал он себя очень неплохо. К сожалению, нам не удалось полностью провести и закончить все запланированные испытания, помешали известные события. Согласно первоначальному плану Либавскую станцию при наступлении этих самых событий должны были перевести на точно такую же станцию острова Эзель, но… Александр Васильевич разработал и представил новый план. И его превосходительство счёл необходимым и возможным принять его. Как вы знаете, было принято решение отправить гидросамолёты сразу в Ревель, а «Муромца» — в Петербург.

А я-то думал, что это моя заслуга, а оказывается, это его превосходительство с начальником оперативного отдела так решили. А чего я ожидал? Что по-другому скажут? Наивный.

— Но ведь здесь тоже ничего не было, пустой мыс. Для моего «Ньюпора» только успели полосу подготовить, траву выкосить.

— Да, пустой.