Линия жизни

Сложно предположить, что они выродились за какие-то две тысячи лет. Скорее – их уничтожили.

– Кто?! – встрепенулся Егор.

– Другая, еще более могущественная цивилизация. Так что особо не рассчитывай на Аллею Темпоралов. Она приведет тебя в лучшем случае к руинам, в худшем – к смерти. Ищи другой способ вырваться отсюда. И если найдешь, не забудь обо мне.

Эшранг ушел, оставив Бестужева наедине с новой информацией.

«Я не справлюсь». Егор расхаживал по террасе, пытаясь найти приемлемое решение. Он всерьез воспринял предупреждение Эшора. Тому действительно не было смысла лгать. Многие события истории открывались вновь или подвергались сомнению. Но важно другое. Почему армахонты не вмешались? Вот главный вопрос. И наиболее логичный ответ на него уже прозвучал в разговоре.

Они ушли со сцены истории? Но кто мог их уничтожить?

Егор ставил себя на место армахонтов и понимал: вмешаться в события было для них нетрудно. Навести порядок, который царил в космосе на протяжении десятков, а может, и сотен тысяч лет. Прав эшранг. Они не смогли ничего предпринять в силу неодолимых причин, превышающих их богоподобные возможности.

Мысль заходила в тупик. Простое решение смертельных проблем ускользало.

Сутки назад Егор еще мог отступить, сдаться, но теперь – нет. В минуту отчаяния он сумел преодолеть сдвиг времени. Используя Аллею Темпоралов, прорвался через периметр стазиса, увидел постаревших друзей.

Где и в чем наш шанс?

Он ни на миг не забывал фразы, считанной с кристалла, но ее жутковатый смысл все еще ускользал от понимания. И это заставляло его мыслить практично, жестко.

Эшор, конечно, хитрая тварь. Он все же убил мою надежду. Или, пытаясь спастись, открыл мне глаза, избавил от иллюзий, дал понять, что права на ошибку попросту нет.

Я вправе рискнуть собой. Но не пандорианцами. Даже если совместными усилиями мы найдем ошибку в расчетах, разгадаем тайну Аллеи Темпоралов, я пройду через нее один. Без иллюзий. Без надежды.

«Для остальных нужен иной вариант. Но где, где его отыскать?!» Он сел на ступеньки крыльца, закрыл лицо ладонями.

– Ну? – Он обернулся.

– Егор, у нас гости! – Голос андроида дребезжал. Похоже, искусственный интеллект пребывал в состоянии шока.

– Кто? – Бестужев окинул взглядом пустой двор, пустынную улицу.

– Не здесь. В комнате, где росток темпорала!

– Фантомы! Фантомы Родиона и Павла! Егор, у меня сбой?

В помещении, смежном с хондийским нейрокомпьютером, слоистыми полосами переливались искажения. Росток темпорала – энергетическая структура высотою в метр – генерировал ауру в виде полусферы. Подле нее виднелись две полупрозрачные фигуры.

– Как вы меня нашли?!

– Егорка! Привет! – Стременков хотел шагнуть к другу, но опомнился.