Лин-Ли

Из светлых в их компанию затесался только Рой, пристроившийся под боком своей хозяйки, то есть напарницы, — Лукреции.

— Вот ты где. А я уже обыскался, — обрадовался Лине лорд.

""На столе не сидят"", — подумала она раздраженно, но все же выдавила из себя в ответ вежливую улыбку.

— Я писала отчет.

Вот так, коротко и с намеком: работала, пока ты тут прохлаждался. И в то же время доброжелательно: я в не обиде, мы же все тут сослуживцы, почти семья. Правда, от искусственной улыбки почти сразу же свело лицо, и Линетта поспешила вновь придать своему лицу серьезное выражение.

Лукреция, пристально наблюдающая за ней, привалившись бедром к краю стола слева от нового знакомца, прыснула.

— Она у нас такая правильная, что зубы сводит, — доверительно шепнула Айрторну на ухо. Правда, ее ""тихий"" шепот, наверное, услышал даже Блант за соседней дверью.

Линетта сжала зубы, но промолчала и продолжила путь к стульям.

Слова Лукреции поддержал дружный взрыв хохота. Кто бы сомневался? Только не Лина.

— А что, это плохо? — невинно уточнил единственный, кто не засмеялся.

Смешки мгновенно стихли.

Линетта так удивилась, что сбилась с шага и остановилась. Айрторн же легко спрыгнул со своего насеста и направился к ней.

Так же, как и она, он не имел возможности переодеться и по-прежнему щеголял в испачканных брюках и порванной на плече рубашке. Даже причесаться не удосужился. Лохматый, чумазый, оборванный, и все равно ни один сторонний наблюдатель ни за чтобы не ошибся в выборе, если бы его попросили указать на аристократа в их скромной компании. Происхождение чувствовалось во всем: в осанке, в манере себя держать, даже во взгляде, в конце концов.

Как вообще можно настолько прямо держать спину?

Опешив, Лина поздно сообразила, что все еще стоит посреди помещения, что со стороны явно выглядит так, будто она остановилась намеренно, чтобы дождаться напарника. Вот слухов-то будет…

Айрторна же, похоже, мало волновало повышенное внимание к их паре.

— Как рука? — поинтересовался он как ни в чем не бывало. — Подлатали?

Предплечье зудело, а теперь еще и побаливало из-за свежего ожога после ""лечения"" Роя. Благо у платья были длинные рукава, и никто не мог увидеть покраснение поверх не до конца сведенного шрама.

— Подлатали, — эхом ответила Линетта, заставив себя не смотреть в сторону столов, откуда на них, не таясь, пялились целых пять пар глаз.

Конец рабочего дня, а никто в кои-то веки не спешил домой.

Лина ненавидела повышенное внимание. От него ей инстинктивно хотелось втянуть голову в плечи и спрятаться в самой темной норе, чтобы никто не трогал.

Видимо, Айрторн что-то такое прочел на ее лице; чуть нахмурился.

— Ты в порядке? Бледная такая.

— Это от голода, — соврала она без запинки.