Лин-Ли

Музыка снова сменилась, заиграла куда более медленная мелодия, чем последний набор композиций, и теперь даже те, кто танцевал в одиночестве или большими компаниями, разбились на пары. Лукреция ухватила своего напарника за локоть и, словно бычка на привязи, потащила его прямо в центр танцплощадки. Впрочем, Рой явно не имел ничего против и улыбался от уха до уха.

Взгляд выхватил рыжие волосы Люси и огненно-красное платье. В отличие от любящей внимание Лу, Дорнан и его возлюбленная не стремились оказаться в центре площадки и наслаждались обществом друг друга на самом ее краю. Как только заиграла неспешная музыка, они крепко обнялись и больше раскачивались, чуть переступая ногами на одном месте, нежели танцевали.

Айрторна ангажировала очередная горожанка. Причем Линетта ясно видела: именно она пригласила его на танец, а не наоборот. Линден мгновенно расплылся в улыбке и протянул той раскрытую ладонь, за которую девушка взялась безо всякой опаски. За руку черного мага, которых принято если и не бояться, то по крайней мере не трогать."

"— Может быть, тоже попробуем? — предложил Андер.

И Лина с трудом удержалась, чтобы не поморщиться. Она ведь даже на выпускном в академии и то не танцевала. Где она, а где танцы? У нее же вечно получается спотыкаться на ровном месте, что уж говорить о танце? Не хватало еще оттоптать Ферду на прощание ноги.

Но он так на нее смотрел…

Линетта бросила взгляд на все еще перетоптывающихся на месте Люси и Дорнана и решила, что уж так-то у нее должно получиться.

— Хорошо, но только один танец, — сдалась она, чтобы хоть немного утихомирить свою совесть — та недовольно ворочалась внутри всякий раз, когда Лина думала о предстоящем объяснении с сыскарем.

Линетта потянулась к завязкам плаща. Как раз чуть в стороне от того места, где они стояли, были предусмотрительно установлены специальные вешалки для верхней одежды, которыми мог воспользоваться любой желающий без опасения за сохранность своих вещей. В день Середины осени воровство приравнивалось к святотатству, способному повлечь за собой гнев богов, а в Прибрежье чтили традиции, как нигде.

Когда Лина избавилась от плаща, Ферд, не скрываясь, окинул ее фигуру восхищенным взглядом.

— То самое, — тут же вспомнил он их первую встречу. — Тебе очень идет.

Однако при взгляде на ее декольте, мужчина едва заметно нахмурился.

Вырез действительно был глубже тех, которые она себе обычно позволяла. Однако в сравнении с нарядами большинства горожанок, ее платье все равно смотрелось едва ли не монашеским.

— Спасибо, — поблагодарила Линетта, сделав вид, что не заметила намека.

Бросила плащ на один из крючков, после чего Ферд тут же завладел ее рукой и уверенно повел сквозь толпу к середине площади, где происходило основное веселье.