Лин-Ли

Да, именно из-за платья ей и хотелось рыдать, отчего же еще?

Зато сейчас широкая юбка неуместной на службе обновки пришлась очень кстати, позволив Лине забраться на один из сцепленных между собой стульев с ногами и, натянув подол до самых пят, обнять руками колени. Благо посетителей в такое раннее время в здании гильдии не бывало, и ей никто не мешал.

А вот сослуживцев, как назло, имелось в избытке: утро — начало дневной смены. Планерка с главой гильдии откладывалась, так как тот заперся с Ренье в своем кабинете, и народу в зале ожидания набралось немало. На затихшую у стены Лину никто не обращал внимания. Звучали громкие голоса, смех и дважды даже взрывы настоящего хохота. Кто-то распахнул окно, и в помещение проник свежий утренний воздух.

Линетта вздохнула глубже в надежде, что он поможет перебить вонь разложения, которая теперь мерещилась ей на каждом шагу и будто поселилась в носу. Хотелось поскорее оказаться дома и помыться — смыть с себя этот запах и всю прошлую ночь. А еще выбросить платье — непременно выбросить, обойдется на празднике без него.

Лина никогда не была модницей — средства не позволяли. Вещи предпочитала темные, немаркие и практичные — чтобы выглядели невызывающе и долго носились. Однако приближался праздник Середины осени, который в Прибрежье отмечали чуть ли не с большим шумом, чем день рождения короля Лионара. В прошлом году, только приехав сюда, она выглядела белой вороной в своем скромном наряде среди пестрой, празднично одетой толпы. А выделяться Лина не любила. Вот и решила в этот раз озаботиться платьем заранее. Озаботилась…

Слезы снова подкатили к горлу, и Лина тихонько шмыгнула носом, проклиная свою слабость. Конечно же, хотелось плакать только из-за платья. Больше ведь ничего необычного не произошло, не так ли?

— Ну, чего ты тут, Деверо? — раздался над головой низкий женский голос, и Линетта вскинула голову.

Лукреция, темный маг, работающий в местной гильдии уже лет двадцать как минимум. Высокая, стройная и удивительно подтянутая для своего возраста (как подозревала Лина, давно за сорок), Лукреция обожала демонстрировать достоинства своего тела и носила исключительно обтягивающие вещи. Вот и сейчас она красовалась в черной кожаной одежде: брюках, обхватывающих длинные ноги как вторая кожа, и в короткой куртке, застегнутой по самое горло и выгодно подчеркивающей немаленькую грудь. На взгляд Линетты, подобный фасон был ненамного приличнее нижнего белья. Во всяком случае, на себе она подобное не могла даже представить.

— Ничего. — Лина покачала головой, давая понять, что к беседам не расположена.

Намека темная не поняла: хмыкнула и пристроилась на соседнем стуле, так близко, что зацепила ее бедро своим коленом, когда закидывала ногу на ногу.