Лимонный пирог неудачницы

Неужели меня никто не видит и не слышит? Вон же окрестные дома, меня прекрасно видно с верхних этажей, должен же кто-то полицию вызвать? Видосик смешной снять, как я тут прыгала?

– О? Работать? – заинтересованно поднялся маньяк. – Ты помощница? Из бюро?

– Не подходите! – я схватила палку и приготовилась дорого продать свою жизнь.

Маньяк ухмыльнулся и остановился. Поднял обе руки вверх, показывая пустые ладони. Как будто мужику нужны подручные средства, чтоб свернуть мне шею, как цыпленку.

– Если насчет работы, то заходи, – он повернулся и вошел в дом, оставив открытой дверь. Половинка двустворчатой двери приглашающе заскрипела.

– Ни за что! – крикнула я вслед.

Дождь, будто только этого и ждал, убедившись в моей беспомощности, припустил во всю мочь. «Гад! Все они тут гады», – подумала я, ощущая, как холодные струйки просачиваются под воротник куртки. Трикотажный капюшон толстовки совершенно не защищал голову от влаги.

– Откройте! Выпустите меня! – отчаянно закричала, подняв лицо к небу. Никто не отозвался. Как всегда, впрочем. Нет там никого. Ни высших, ни низших сил нет.

Посидела на основании решетки. Промокла до костей и затряслась от озноба. Завтра заболею и умру. А раз я завтра умру, то не все ли равно, доконает ли меня двухсторонняя пневмония или маньяк? Я обреченно пошла к темному прямоугольнику двери, волоча сумку за ремень прямо по мокрой земле. Волку в зубы.

Глава 6. Неприятности.

– Неужели Сасик выбрал тебя? – Женин подбоченилась и с ненавистью смерила меня взглядом."

"Я хотела застонать, но сдержалась. Опять дурацкий сон! Нет, местами было занимательно и интересно, а Ленку я рада видеть всегда, в любом образе, хоть во сне, хоть наяву. Но… хотелось бы разнообразия! Что меня зациклило на этой дорамной академке с отбором невест?

– Я не напрашивалась! – не лезла с разговорами, не искала встреч, не привлекала внимания. Сдался мне этот Сасик, как дыра в мосту!

Но после обеда Женин, Айлин и Юни зажали меня в угол и решили высказать свое «фи».

– Надо поправить твою прическу! – заявила Юни и дернула меня за тонкую косичку, заплетенную у виска. Блеснула бритва, до сей поры спрятанная в рукаве. Ой-ей-ей! Из памяти Ницин вдруг всплыло, что такие косички носили невинные девы, отрезать ее – жуткий позор и унижение.

– Осторожно! Она же магичка! – заботливо напомнила Айлин.

– Да какая она магичка? Слабосилок, ничтожество, – презрительно фыркнула Женин. – Ну, пустит несколько искорок, нам это не помешает, правда, Ницин?

Вот только мне не хватало девочных разборок, как в школе! К тому же речь о чести Ницин, все серьезно. Я быстро сделала подшаг назад, чуть пригнулась, наотмашь ударила ребром правой ладони по шее Женин, левой в нос Юни, и пнула в живот Айлин. Две секунды ровно.