Гончие Лилит

Стирая пот со лба, а из памяти – образ роскошной женщины, целующей Боунса своими порочными губами. Когда мне захочется нанести кому-то тяжкие телесные повреждения – именно эту картину я оживлю у себя в памяти.

* * *Сама процедура по переносу эмбрионов заняла не больше десяти минут. Раньше я и представить не могла, что, когда дело дойдет до беременности, буду говорить об этом, используя слова «процедура» и «эмбрионы» вместо «о боже, дорогой, у меня задержка!».

– Да-да, это как парашютный спорт. Готовишься днями и ночами, а прыжок длится всего пару минут, – улыбнулся доктор Раджив и подал мне стакан воды, пока я лежала в кресле с раскинутыми в стороны ногами. – Полежите пока, не вставайте. Я укрою вас одеялом. Вообще вы прямо сейчас можете отправиться домой, но я рекомендую немного полежать. Послушайте музыку, почитайте «Фейсбук»…

– Нет, спасибо. Читать что-то в такую минуту в «Фейсбуке» – это как есть попкорн перед лицом Господа. Я просто полежу и подумаю… о всяком. Прочувствую момент.

– Знаете, Скай… Наши предки вышли на сушу миллионы лет назад, но наши эмбрионы так и не научились развиваться в какой-нибудь другой среде. Они по-прежнему начинают жизнь в своем маленьком океане, который создает для них женское тело. Жидкость в матке по составу похожа на морскую воду – она теплая, соленая и наверняка идентична той среде, в какой жили наши далекие-далекие предки. Так что вы – больше не вы. Теперь вы океан.

Я океан.

* * *Ничего нет ни в небесах, ни под землей. Ад и рай – они внутри нас. Меня ввели в заблуждение. Я – океан, я – море, внутри меня целый мир. Мир, потерянный в бездне. Мир, утопленный в самом себе. Никакие легкие меня не спасут. Останутся лишь обломки, лишь призрак. Мы просто будем смотреть, как разбиваются волны. Ад существует, поверь мне, я сам его видел. Рай тоже есть, давай хранить это в секрете…[37]

Я услышала эту песню в баре, куда забрела накануне. И – возможно, потому что это нагромождение звуков, грохота и крика мало походило на все, что я слышала раньше, или еще черт знает почему, – не испытала никаких неприятных ощущений. Наоборот, этот безумный хардкор завораживал так же, как океан в шторм, как смерч, как хаос несобранной головоломки. А сквозь железную решетку звуков гитары и ударных проступала красивая, надрывная мелодичность. Все равно что открыть жестяную ржавую шкатулку и вдруг обнаружить внутри шелковые ленты, и жемчужный браслет, и мягкое сизое перо неведомой птицы…

Все, Полански, твоя карма окончательно испорчена. Теперь ты не только без пяти минут беременная авантюристка, но и хардкорщица."

"Спасай себя, задерживай дыхание. Течение такое сильное, что можешь не выплыть. Дыши ради меня, дыши.