Золотая лилия

Кроме того, — добавил Натан, глотнув воды, — я заказал салат. Латук — здоровая пища.

Я не стала указывать отцу Адриана на тот факт, что никакое количество зелени не уберет из «Цезаря» жареных устриц. Я не имела возможности вставить хоть слово — Адриан был на взводе и, как я заметила, успел осушить свой бокал с мартини наполовину.

— Вот видишь? — с отвращением произнес он. — Именно так ты и действуешь! Ты считаешь, что лучше всех знаешь, кому что требуется. Ты идешь напролом и решаешь все сам, не трудясь ни с кем посоветоваться. Ты всегда абсолютно уверен, что прав!

— Как свидетельствует мой богатый опыт, — холодно произнес Натан, — в большинстве случаев я прав. Когда ты достигнешь моего уровня и сможешь заявить, что являешься авторитетом… ну, хоть в чем-нибудь, тогда тебе доверят принятие важных решений.

— Обычный обед! — не желал смиряться Адриан. — Не вопрос жизни и смерти! Я всего лишь говорю, что ты мог бы хоть немного интересоваться мнением других. Очевидно, твой «богатый опыт» не включает в себя элементарную любезность.

Натан взглянул на меня:

— Был ли я невежлив с вами, мисс Сейдж?

Увы, мое кресло оказалось недостаточно глубоким, чтобы спрятаться в нем целиком.

Адриан допил мартини одним глотком и поднял бокал, привлекая внимание бармена.

— Оставь ее в покое! — бросил он отцу. Не надо ею манипулировать, чтобы настоять на своем!

— Я не нуждаюсь в таких действиях для доказательства собственного мнения, — заявил Натан. — Думаю, это тебе очевидно.

— Меня устраивает обед, — выпалила я. прекрасно понимая, что стычка отца с сыном вызвана вовсе не моими вкусами. — Мне нужно пробовать новые блюда.

— Не поддавайся, Сидни! — предостерегающе произнес Адриан. — Так он незаметно и подминает под себя окружающих, особенно женщин. Он проделывал подобное с моей матерью мною лет.

Рядом бесшумно возник бармен с новым бокалом мартини.

— Пожалуйста, — с тяжелым вздохом отозвался Натан, — не припутывай к своим проблемам твою мать.

— О, что может быть проще? — бросил он. Я увидела, как напряглось его лицо. Адриана задели за живое. — Посмотри, как ты поступаешь всегда! Я не первый месяц пытаюсь добиться от тебя ответа! Как она? Черт, я пытался вычислить, где она вообще! Неужели тебе сложно сказать? Ее не могли поместить в режим максимальной секретности! Значит, от нее должны быть письма!

— Тебе не следует с ней контактировать, пока она лишена свободы, — отрезал Натан. Я поразилась, сколь холодно он говорит о жене.

Адриан фыркнул и снова приложился к мартини."

"— И мы снова топчемся на месте: ты лучше всех знаешь, кому что нужно! Знаешь, мне и вправду очень хотелось бы думать, что ты обращается с ней отстраненно из-за собственной боли.