Золотая лилия

Я коснулась своей щеки. И они еще важны, в некотором смысле. Поэтому мы и используем золотые чернила. Не считая прочей пользы, золото отмечает нас как… чистых. Посвященных. Часть священного дела. Но здесь… не знаю. Если подразумевался символизм алхимиков, то перед нами освященный меч. — Я вспомнила слова нападавших насчет возвращения в ад. — Может, его владельцы считают, что исполняют некий священный долг.

— Кто они вообще, эти тины? — спросил Адриан. — Как ты думаешь, Джилл в опасности?

— Они знают о вампирах. Но они — люди, — ответил Дмитрий.

— Точно, — согласилась я. Один был очень высокий, но он не морой.

Но признать, что незнакомцы были людьми, оказалось нелегко. Я чувствовала себя сбитой с толку. Я всегда верила, что стригои — воплощение зла. Это нетрудно. Даже мороям не всегда следует доверять. Поэтому рассуждения об убийцах-мороях, преследующих Джилл, правдоподобны. Но люди… те самые люди, которых мне полагалось защищать? Такие мысли не умещались у меня в голове. На меня напали мои же соплеменники, так называемые хорошие парни, а не клыкастые демоны, которых меня приучали бояться. Моя картина мира пошатнулась.

Дмитрий сделался еще мрачнее.

— Я ни о чем подобном не слышал — поскольку большинство смертных ничего не знают о мороях. Не считая алхимиков.

Я бросила на него пристальный взгляд.

— Мы не имеем к происшедшему отношения. Мечи не в нашем стиле. Как и нападения.

Соня положила клинок на кофейный столик:

— Никто никого и не обвиняет. Я считаю, вам обоим хочется донести все сведения до своих.

Мыс Дмитрием кивнули.

— Но мы упустили ключевой момент. Они обращались со мной как со стригоикой. Меч — не самый легкий способ убить. Нужна причина, чтобы остановиться на таком оружии.

— Только так можно уничтожить стригоя, пробормотала я. — Серебряный кол человек зачаровать не может. Пожалуй, они могли бы тебя сжечь, но устраивать пожар на городской улице непрактично.

В комнате наступила тишина — все задумались. Наконец Соня вздохнула:

— Мы нс слишком продвинемся нынче вечером, не посоветовавшись с остальными. Хочешь, я тебя исцелю?

Мне потребовалось несколько мгновений, чтоб осознать — Соня обращается ко мне. Я потрогала щеку.

— Нет, царапина сама быстро заживет. — Это был один из побочных эффектов применения крови вампира в наших татуировках-лилиях. — Я ее промою перед уходом.

И, напустив на себя невозмутимый вид, я прошла в ванную. Но, увидев себя в зеркале, сразу же утратила уверенность. Ранка не представляла из себя ничего страшного. Меня взволновала еще одна мысль. К горлу Сони приставили меч, но и моей жизни грозила опасность. На меня напали, а я оказалась беспомощна. Я намочила махровую салфетку и попыталась протереть лицо трясущимися руками.