Лилия на ветру

Пышную с родственниками и друзьями? Тоже не проблема.

Что-то было не так.

Интуиция девушки забила в колокол, требуя к ней прислушаться. Лия старалась, но не находила ничего, что могло ей нести опасность. В том, что они вдвоем прогуливались по саду за их домом, не было ничего критичного. Родион вел себя сдержанно. Даже слишком. Точно не предложение делал.

Тогда в чем же дело?

Может, в девичьем? В том, что никто не признаётся ей в любви, не обещает ничего насчёт «долго и счастливо». Не смотрит на неё, точно она центр вселенной.

Лия неопределенно покачала головой.

— Я не готова ответить сейчас.

— Естественно, я от тебя ответа сейчас и не жду. Время есть. Прогуляемся ещё?

Лия согласилась. Возвращаться в дом, это означало погрузиться в мысли о предстоящем. Думать, просчитывать, что будет при её «да» и «нет». Какие последствия ожидают не только её саму, но и семью.

Ей импонировало то, что никто ни разу не сказал ей, что у отчима будут проблемы. То есть никто на неё не пытался давить.

В голове не то что бы была куча вопросов — больше. И пока Лия не могла сформулировать ни одного. Растерянность зашкаливала. Иногда Лия сожалела, что не умеет думать только о себе, как некоторые, жить в своё удовольствие, ни о чем не сожалея.

— И ещё.

Голос Родиона ворвался в её мысли.

И если бы только голос.

Не зря Лия настороженно относилась к тому, что мужчина шел с ней рядом.

Потому что в какой-то момент его ладонь скользнула по её локтю ниже. Лия не успела среагировать, как её ладонь оказалась в его руке, вызывая в одночасье бурю эмоций, которые того и гляди готовы были вырваться штормовыми потоками.

— Наш брак не будет фиктивным, Лия, — глаза мужчины предупреждающе сверкнули.

Глава 7

То ли это из-за наступающих сумерек, то ли Лия просто накрутила себя до высшей степени, но слова Родиона произвели на неё впечатление. Девушку даже кинуло в жар.

И эта его близость…прикосновения…

— Я понимаю, — глухо прошептала она, осторожно пытаясь вернуть себе пальчики.

Фигушки.

Ничего подобного — никто её не отпустил. Наоборот, пальчики сжали сильнее. И погладили большим пальцем.

У Лии глаза распахнулись, и она на себе почувствовала литературное выражение — «глаза стали, как озера». Она могла поклясться, что видела себя со стороны! Свой шок.

Ей казалось, что после того, как голый Таширов повалил её на кровать, сильнее удивить её он не сможет. А нет. Смог. И даже не так называемым предложением руки и сердца.

А тем, как смело касался её. Собственнически.

Точно уже имел на неё право.

Почему же тогда у неё зачесалась другая ладонь, и воображение Лии подкинуло ей картину, где девушка звонко прикладывает её о небритую щеку Таширова? Смачно так.

Но нельзя…

Нельзя же?

А хочется.

— Пустите меня, — тихо, но решительно произнесла она.